Суд Астаны вынес частное постановление в адрес руководителя Агентства по финансовому мониторингу. Причиной стали задержки с предоставлением вещественных доказательств по делу Сергея Кима. В оглашенном документе суд связал с действиями сотрудников АФМ срыв заседания 29 октября. Руководству агентства предложено принять меры и сообщить о результатах в месячный срок. Подробнее – на Cronos.Asia.
В суде продолжается разбирательство в отношении бывшего руководителя ТОО "АлбаСтройДор" (АСД) Сергея Кима. Компания работала на шлакоперерабатывающем участке "АрселорМиттал Темиртау" (АМТ), ныне Qarmet. Экс-директора обвиняют в хищении продукции комбината на 1,8 млрд тенге. Ким обвинение оспаривает.
Напомним, ранее Cronos.Asia писал о то, что защита Кима привела данные о платежах АСД в адрес АМТ на 1,37 млрд тенге и оспорила учет возвратов, валютных операций и переводов между счетами.
К слову, на стадии исследования вещдоков возникли вопросы и к организации процесса, и к содержимому доставленных папок. Защита также попросила приобщить материалы гражданского спора об остатках продукции и вернулась к расходам на содержание участка: по ее версии, фактическая нагрузка на подрядчика существенно превышала заложенную в бизнес-плане.
Почему суд обратился к руководству АФМ
Как следует из оглашенного постановления, участвующему прокурору ранее поручали обеспечить представление вещественных доказательств к заседанию 28 октября 2026 года. Однако их доставили несвоевременно и не в полном объеме. Рассмотрение отложили на 10:00 следующего дня.
К назначенному времени 29 октября сотрудники АФМ вновь не предоставили вещдоки. Суд указал на двухчасовую задержку и назвал запланированный процесс сорванным по вине сотрудников агентства.
"Халатное отношение сотрудников АФМ к должностным обязанностям приводит к затягиванию судебного разбирательства", – говорится в оглашенном постановлении.
Суд также постановил довести до сведения руководителя агентства обстоятельства игнорирования требований о своевременном предоставлении доказательств для принятия соответствующих мер. О результатах рассмотрения частного постановления и принятых мерах необходимо сообщить суду в установленный месячный срок.
Частное постановление – отдельный процессуальный акт, которым суд обращает внимание государственного органа или должностного лица на обстоятельства, требующие реагирования. Такую возможность предусматривает статья 405 УПК. В данном случае акт посвящен исполнению требований суда о предоставлении вещдоков. Исследование самих доказательств продолжилось.
Папки и места изъятия
Тем временем защита настаивала на подробном просмотре доставленных материалов. Ким заявил, что ранее ему не дали возможности ознакомиться со всеми вещественными доказательствами, и сослался на фотографии коробок, предоставлявшихся для изучения. По его словам, часть нынешних упаковок на этих снимках отсутствует.
При оглашении одной из папок подсудимый оспорил указанное место ее изъятия. Он утверждал, что документы компании не могли находиться на объекте, названном в описании, поскольку между предприятиями не было соответствующих отношений.
Другой эпизод касался документов поставщика электрооборудования для шахт. Адвокат сообщила, что эта организация не приобретала у АСД ни граншлак, ни щебень, ни отходы черных металлов. Сергей Ким предположил, что бумаги изъяли в офисе, и указал на несоответствие надписи на папке оглашенному адресу.
Таким образом, защита предлагает проверять не только содержание документов, но и их происхождение: где именно они были обнаружены и как это отражено в материалах обыска.
Гражданский спор об остатках продукции
Адвокат подсудимого Бахыт Ахметова попросила приобщить решение специализированного межрайонного экономического суда Карагандинской области от 24 октября 2025 года по иску Qarmet к "АлбаСтройДор" о взыскании убытков.
Адвокат объяснила, что спор был связан с соглашением от 18 мая 2021 года и оставшимися щебнем и граншлаком, которые следовало вывезти в установленные сроки. Ахметова сообщила, что в удовлетворении иска Qarmet было отказано, после чего решение обжаловали.
Она также рассказала о судебно-экономической экспертизе, назначенной при апелляционном рассмотрении. По изложению адвоката, исследование показало, что отраженные в учете за 2021 год материалы представляли собой остатки 2020-го, а не новую продукцию, переработанную в следующем году.
"Экспертиза была проведена, которая установила, что ничего нового в 2021 году "АлбаСтройДор" не перерабатывал, и те остатки, которые отражены, это остатки с 2020 года. То есть они были на 2020 год на момент расторжения договора, и также они остались и на 2021 год. Кроме того, в экспертизе было определено о том, что "АлбаСтройДор" приобретал, то есть то, о чём мы всё время говорим, отходы в виде гранулированного огненно-жидкого шлака и отвальный шлак", – рассказала адвокат.
Кроме того, защита сослалась на содержащиеся в исследовании сведения о приобретении АСД шлаковых материалов по учетной цене 0,01 тенге. И для Ахметовой это еще один аргумент в пользу необходимости разбирать отношения предприятий через условия договора, оплату и учет продукции.
Ким поддержал ходатайство. Он считает, что приобретение материала подтверждает позицию АСД в споре о принадлежности продуктов переработки.
Возможно значение этих документов для уголовного дела предстоит оценивать с учетом предмета гражданского спора. Описанные адвокатом выводы касаются конкретных остатков и их отражения в учете. Защита предлагает использовать их при проверке более широкого вопроса – какие материалы подрядчик приобретал и какими правами располагал в отношении полученной продукции.
Когда фактический объем превысил бизнес-план
Далее при исследовании переписки предприятий стороны вернулись к стоимости содержания шлакоперерабатывающего участка. В обсуждавшемся бизнес-плане называлась сумма около 1,05 млрд тенге ежегодно.
Адвокат Ахметова заявила, что фактические объемы поступавшего огненно-жидкого шлака оказались выше плановых более чем наполовину. По ее версии, это повлекло увеличение расходов как на переработку, так и на содержание участка. Адвокат утверждает, что в отдельные годы затраты АСД превышали 2 млрд тенге.
"Чем больше перерабатываешь, тем больше несешь затрат на переработку", – пояснил Ким.
Он перечислил дополнительные смены работников, износ оборудования и расходы на комплектующие. Подсудимый настаивает, что заложенные в бизнес-плане показатели не отражали всей фактической нагрузки, а руководство АМТ знало о превышении объемов: этот вопрос, по его словам, поднимался в письмах и на совещаниях.
Сам бизнес-план Ким назвал ориентировочным документом. Он возражает против использования содержащихся в нем позиций как исчерпывающего перечня продукции, которую подрядчик мог перерабатывать и реализовывать.
Так спор об объеме договорных прав вновь оказался связан с производственной экономикой. Защита утверждает, что фактические условия работы отличались от исходных расчетов, и просит учитывать это при оценке обязательств предприятий.
Письма о продаже и прямые предложения покупателю
Ким также сослался на переписку, в которой АСД уведомлял комбинат о намерении реализовывать спорный материал. По его словам, письма содержали ссылки на договор и приложение к нему, а на одном из них была согласующая виза финансового директора АМТ.
Подсудимый утверждает, что предприятие обращало внимание комбината на уже существовавшее договорное право. Он связывает согласование писем с обсуждениями, проводившимися с юридическими и производственными службами АМТ.
Отдельно Ким рассказал о попытках заключить прямой договор с ТОО "ПОЛЗ" – покупателем продукции для литейного производства. Он сослался на коммерческие предложения АСД и ответ на одно из обращений 2017 года, в котором предприятие сообщало, что в данный момент не нуждается в такой продукции.
По словам подсудимого, отказы поступали неоднократно, а прямой контракт удалось заключить позднее. Защита использует эту переписку как аргумент против версии о сокрытии реализации продукции: Ким настаивает, что комбинат уведомляли о продажах, а конечному покупателю направляли предложения от имени самого АСД.
Что содержалось в прежних проверках
В числе исследованных документов оказалась переписка, связанная с обращениями учредителей и прежним корпоративным конфликтом. Ким заявил, что часть материалов нынешнего уголовного дела происходит из более раннего расследования, начавшегося на фоне этих разногласий.
Затем суд огласил ответ органов государственных доходов, подготовленный в связи с заявлениями 2019 года. В нем упоминалось изучение бухгалтерских документов за период с 1 января 2013-го по 31 декабря 2017-го.
В частности, в ответе госорганов сообщалось, что на тот момент не были установлены признаки нарушений налогового законодательства и законодательства о бухгалтерском учете и финансовой отчетности, которые давали бы основания для уголовного преследования руководства предприятия. В документе также перечислялись виды деятельности предприятия, в том числе производство продукции из шлаков и реализация отходов черных металлов.
Но защита связывает этот ответ с историей проверок АСД и просит рассматривать его вместе с другими материалами. Документ относится к прежним обращениям и указанному в нем периоду; его значение для нынешнего обвинения также требует отдельной оценки.
Какое имущество оказалось под арестом
При оглашении земельных документов адвокат обратила внимание на участок в долгосрочной аренде у АСД за территорией шлакоперерабатывающего участка. По ее словам, он предназначался для хранения отходов, а на нем построено капитальное административное здание.
Ахметова заявила, что эти объекты не стали предметом ареста, тогда как ограничения наложены на имущество третьих лиц. Она поставила вопрос об основаниях такого выбора и о том, как следствие определяло имущество для возможного обращения взыскания.
Суд согласовал дальнейшие даты слушаний. Исследование вещественных доказательств продолжится.
Cronos.Asia продолжает отслеживать судебный процесс Qarmet против Кима. Следующее заседание должно состояться 2 и 3 ноября.