На очередном заседании суд допросил двух свидетелей и приступил к дополнительному исследованию материалов дела. Защита Сергея Кима представила переписку с "АрселорМиттал Темиртау" и заявила о несоответствиях в документах следствия. Главный вопрос процесса остаётся прежним: кому принадлежали материалы, полученные при переработке шлака? Подробнее – на Cronos.Asia.
В Астане продолжается рассмотрение уголовного дела в отношении предпринимателя Сергея Кима, руководившего ТОО "АлбаСтройДор" (АСД). Компания работала на шлакоперерабатывающем участке "АрселорМиттал Темиртау" (АМТ), правопреемником которого является Qarmet.
По версии обвинения, Ким причастен к хищению имущества предприятия на 1,8 млрд тенге. Он вину не признаёт. Защита утверждает, что АСД имела право перерабатывать и продавать материалы, полученные из металлургических отходов.
На заседании 23 сентября суд допросил ещё двух свидетелей, приобщил представленные защитой документы и возобновил судебное следствие. Затем участники процесса приступили к изучению дела, в котором 22 тома. Представитель потерпевшей стороны на заседании отсутствовал: суду сообщили, что он находится за пределами Казахстана.
Что принимал литейный завод
Первой показания дала Оксана Токарчук. В 2020 году она работала инженером по качеству в ТОО "ПОЛЗ" – предприятии, закупавшем сырьё для чугунного литья. Свидетель рассказала суду, как принимали поступавший материал: его взвешивали, оценивали качество и содержание посторонних примесей.
Для дела это не техническая мелочь. Защита оспаривает само отождествление разных материалов – кускового чугуна, готовой продукции металлургического комбината и отходов, из которых после переработки можно получить товарный продукт.
Токарчук пояснила, что сорность кускового чугуна могла составлять примерно 0,5-1%, тогда как в чугунных чушках посторонних включений, по её воспоминаниям, не было. При этом она не смогла определить, какому предприятию принадлежала каждая партия, которую проверяла при приёмке.
Отвечая на вопрос судьи Данияра Жунусова, она сообщила, что не знакома с Кимом. В свою очередь, адвокат Кима Бахыт Ахметова, отвечая на вопрос "в связи с чем вызвали свидетеля", акцентировала внимание, что Токарчук работала в ТОО "ПОЛЗ", а АСД в тот период, который вменяется Киму, туда ничего не поставлял.
- Ким: Вот чугун литейный, который вы упомянули, и чугун передельный – это одно и то же или нет?
- Токарчук: Два ГОСТа на литейный и не литейный.
- Ким: То есть это разные виды продукции, правильно я вас понимаю? А вот чугун литейный, сколько сорности в нём было, не помните?
- Токарчук: Если в чушках, то там не было вроде сорности даже, которые с Россией, там не было сорности.
Во время досудебного расследования свидетеля допрашивали сотрудники Департамента экономических расследований по Карагандинской области (ДЭР) Агентства РК по финансовому мониторингу (АФМ).
- Ким: Когда они (АФМ) задавали вам вопросы, они объясняли о каком материале идёт речь? Они не объясняли вам, какой материал их интересует?
- Токарчук: Чугун кусковой был, так они говорили
- Ким: Вы в комиссии были. Вы знаете, какая партия какому предприятию принадлежала, которую вы брали на пробу?
- Токарчук: Которая в машинах завозилась – нет, не знаю.
- Ким: то есть вы не знаете материал какой компании вы проверяли при приёмке? Вы просто проверяли материал на качество, правильно я вас понял?
- Токарчук: Да
Судья Данияр Жунусов зачитал её прежние показания о поступлении чугуна по документам от нескольких компаний, включая "АСД Трейд" и "АлбаСтройДор". Свидетель подтвердила показания, но её ответы в суде показали пределы личной осведомлённости: она оценивала качество поступавшего сырья и ориентировалась на названия компаний в документах.
Токарчук также сообщила, что давления при допросе во время расследования на неё не оказывали.
Кузьмин рассказал об отчётах для АМТ
Затем суд допросил Александра Кузьмина. В 2016 году он работал менеджером по продажам в "АлбаСтройДоре", а в 2017-м приобрёл ТОО "АСД Трейд", которое впоследствии сотрудничало с АСД. Рассказывая об "АСД Трейд", свидетель пояснил, что приобрел ТОО за 250-300 тысяч тенге.
"У компании были обязательства перед другими поставщиками. Но на момент приобретения, и учитывая, я знал, что контракт у "АлбаСтройДора" был до 2020 года, я видел потенциал, что можно заработать, погасить обязательства и заработать еще", – отметил Кузьмин, уточнив, что "каких-то больших активов не было", никакого дорогостоящего имущества – лишь отбойный молоток и кувалды. Были лишь сотрудники и действующий контракт.
По словам Кузьмина, "АлбаСтройДор" регулярно направляла в отдел маркетинга АМТ отчёты о реализации продукции. В них отражались отгрузки гранулированного шлака, щебня и отходов чёрных металлов. Сначала отчёты составляли ежемесячно, затем по запросу АМТ – еженедельно. Свидетель утверждает, что в отчётах указывали также покупателей и стоимость.
"Вся продукция, которая была реализована, отражалась в отчёте", – сказал Кузьмин. По его словам, в период его работы продажи отходов чёрных металлов не скрывались от АМТ.
Кузьмин также рассказал о работе "АСД Трейд". По его словам, компания покупала у АСД зашлакованные отходы чёрных металлов, очищала их от шлака, дробила и затем продавала полученный материал, в частности ТОО "ПОЛЗ". Свидетель подчеркнул, что речь шла о переработке исходного сырья, а не о простой перепродаже готовой продукции.
Он заявил, что расчёты проводились безналично, выставлялись счета-фактуры, а при ликвидации компании налоговые органы не предъявили претензий по этим сделкам. Документы по сделкам, по словам Кузьмина, после закрытия предприятия он утилизировал.
Давление на него во время расследования свидетель также отрицал.
Кто такой Лисицин и почему суд приобщил переписку и акты сверки
Адвокат Бахыт Ахметова попросила приобщить скриншоты электронной почты Сергея Кима. Защита представила их как подтверждение переписки АСД с сотрудниками АМТ и отправки отчётов. Судья удовлетворил ходатайство.
Изучая эти материалы судья спросил: а кто такой Лисицин?
"Ваша честь, Лисицин – один из миноритарных учредителей компании АСД с долей в 7%, которую ему подарили в 2018 году. Это человек, который наряду с Масимовым и еще одним учредителем писали все заявления на меня, на основании которых расследовались по этим же обстоятельствам уголовные дела.
Он работал в компании АСД, потом был уволен в связи с тем, что нарушил положения Трудового кодекса, причём, судился с компанией вплоть до Верховного Суда, был трудовой спор. Решение исполнительного органа, то есть меня признано законным в отношении него. Это Лисицин Денис Сергеевич", – ответил на вопрос судьи Сергей Ким.
Далее он добавил, что предоставленные материалы – это отчёты, которые направлялись с официальной почты АСД в отдел маркетинга АМТ. Ким напомнил, что на предыдущем заседании свидетели при допросе показали, что корпоративная почта АМТ, в свою очередь, контролировалась владельцами компании "АрселорМиттал Темиртау" и службой безопасности, и напомнил, что потерпевший также ранее при допросе заявил, что у него якобы нет доступа к корпоративной почте. Поэтому в подтверждение звучавших ранее показаний свидетелей и заявлено ходатайство.
"Кто такой Руслан Сивоконь?" – спросил судья, продолжая изучать переписку.
Ким пояснил, что среди адресатов был сотрудник отдела маркетинга АМТ Руслан Сивоконь, который, по словам подсудимого, курировал взаимодействие с АСД. Суд также приобщил акты сверки между компаниями. Защита указала, что часть взаимных обязательств стороны погашали зачётами.
При исследовании договора Ким обратил внимание на положение о запланированных показателях продаж и формулировку "включая, но не ограничивая". По его трактовке, договор допускал реализацию материалов, полученных в ходе переработки. Подсудимый также сослался на переписку, в которой АМТ запрашивала данные об отгрузках граншлака, щебня и отходов чёрных металлов за 2016-2018 годы.
Судья уточнил, почему в одном из запросов не назван негабаритный доменный присад – материал, который фигурирует в деле. Ким ответил, что запрос использовал более широкое обозначение отходов чёрных металлов, а в ответных документах АСД, по его словам, уже указывала объёмы продажи присада.
К слову, напомним, что именно здесь проходит одна из главных линий спора. Защита считает негабаритный доменный присад результатом переработки отходов силами подрядчика. Ким утверждает, что у АМТ такой готовой продукции не было. Позиция обвинения, изложенная в материалах дела, состоит в том, что реализованное имущество принадлежало металлургическому предприятию. Очевидно, что окончательную оценку договору и происхождению материала должен дать суд.
Почему защита оспаривает документы следствия
При изучении томов адвокаты и подсудимый указали на даты и время оформления первых процессуальных документов. По словам второго защитника Кима, в одном документе время регистрации рапорта о начале дела указано раньше времени подачи заявления представителя Qarmet. Защита также сопоставила время регистрации заявления, выдачи уведомления, принятия дела к производству и обыска.
Эти расхождения адвокаты назвали основанием сомневаться в последовательности действий следствия. Само по себе их перечисление не доказывает фальсификацию: суду предстоит проверить документы и объяснения сторон.
Ким заявил и о других претензиях к материалам дела. По его словам, один из протоколов оформлен как допрос подозреваемого до признания его таковым; в томах есть пустая страница, а с частью видеоматериалов защита не смогла ознакомиться. Он также сообщил, что ему не предоставили переводы отдельных банковских документов с казахского на русский язык.
Ахметова поставила вопрос о порядке получения сведений из банков и об электронных счетах-фактурах, упомянутых в деле применительно к событиям 2016-2018 годов. Защита заявила, что не видела диск с этими документами. Оценивать происхождение и допустимость доказательств суд сможет после их исследования.
Отдельные возражения Кима касались экспертизы и расчёта ущерба. Подсудимый утверждает, что в документах смешаны разные виды металлургических материалов, а стоимость отходов определялась через стоимость готового чугуна. Он также оспорил исходные данные одной из экспертиз и квалификацию специалиста, чьи выводы, по его словам, использовались при её подготовке. Это заявления стороны защиты; выводов суда по ним пока нет.
Почему в заседании прозвучала фамилия Масимова
Изучая представленную переписку и материалы прежних расследований, участники процесса вновь упомянули Дениса Лисицина и человека по фамилии Масимов. Ким сообщил, что Лисицин имел долю в АСД и был среди заявителей по делам, связанным с обстоятельствами нынешнего процесса. Подсудимый оспаривает достоверность его показаний и предполагает, что уголовное преследование связано с корпоративным конфликтом.
Впрочем эти утверждения также требуют проверки. Степень родства упомянутого в деле Масимова с бывшим руководителем КНБ Каримом Масимовым на заседании установлена не была. Поэтому оснований отождествлять их или делать выводы о роли экс-главы КНБ из прозвучавших в суде сведений нет.
Защита отдельно обратила внимание на расследование о предполагаемых фиктивных счетах-фактурах по сделкам других компаний. Ахметова сообщила, что соответствующее уголовное дело было прекращено постановлением прокуратуры Астаны 11 марта 2026 года, хотя допросы по нему, по её словам, продолжались и позднее. Она также заявила, что сделки признавались действительными судами. Эти обстоятельства и их значение для обвинения Кима суду предстоит оценить по документам.
К концу заседания 23 сентября участники процесса успели исследовать 14 из 22 томов. Следующее заседание назначено на 2 октября. Пока ключевые вопросы остаются открытыми: что именно продавалось после переработки шлака, кому принадлежал материал и подтверждают ли представленные доказательства обвинение в хищении на 1,8 млрд тенге.