Президент Кыргызстана Садыр Жапаров заявил, что республика не поставляет в Россию товары, подпадающие под санкции, а также продукцию военного назначения. Эту позицию он озвучил во время встречи с американскими инвесторами в Нью-Йорке и сообщил, что намерен затронуть эту тему на Генеральной Ассамблее ООН, сообщает Cronos.Asia.
Поводом для комментария стала публикация The New York Times от 15 сентября под заголовком It"s Boom Time in Kyrgyzstan, Courtesy in Part of the War in Ukraine. В ней американское издание связало часть экономического подъема Кыргызстана с изменением торговых потоков после начала полномасштабного конфликта в Украине и введения западных санкций против России.
NYT пишет, что после ухода ряда международных компаний из России Кыргызстан стал одним из заметных каналов поставок китайских и западных товаров на российский рынок. Через республику, по данным издания, проходили автомобили, электроника, бытовые товары и отдельные виды оборудования, которые могут иметь как гражданское, так и военное применение. Через Кыргызстан также проводилась часть платежей за такие поставки.
Газета обращает внимание на резкий рост кыргызской экономики. В 2025 году ВВП страны увеличился примерно на 11%, а, согласно приведенной NYT оценке Азиатского банка развития, от 30 до 40% экономического роста за последние четыре года было связано с реэкспортной деятельностью. Дополнительными факторами стали рост цен на золото, развитие финансового и криптовалютного секторов и увеличение государственных расходов на строительство.
Еще один показатель, на который указывает издание, – торговля с Евросоюзом. В 2025 году экспорт товаров из ЕС в Кыргызстан составил около 2,5 млрд долларов, что примерно в восемь раз превышает показатель 2021 года. В 2023 году объем достигал пиковых 3,1 млрд долларов. Около 45% европейских поставок в Кыргызстан в прошлом году приходилось на машины, оборудование, бытовую технику и транспорт.
В качестве одного из примеров NYT приводит импорт стиральных машин. В денежном выражении поставки такой техники из ЕС в Кыргызстан в 2024 году были почти в 15 раз выше, чем в 2021-м. Издание упоминает этот показатель в контексте опасений западных стран по поводу возможного попадания отдельных электронных компонентов в Россию. При этом сам по себе рост импорта бытовой техники не доказывает ее использование в военных целях.
The New York Times также приводит позицию председателя Кабинета министров Адылбека Касымалиева. Он заявил, что кыргызские власти учитывают перечни санкционных товаров ЕС, США и Великобритании и устанавливают за такими поставками жесткий контроль. По его словам, компании, на которые обращают внимание западные государства, закрываются.
Касымалиев при этом указывал, что часть европейских товаров могла оформляться как направляющаяся в Кыргызстан только документально, фактически не попадая на территорию республики. Он также подчеркнул высокую экономическую взаимозависимость Кыргызстана и России – в РФ работают более 500 тысяч кыргызстанцев, а республика получает оттуда нефть, газ, железо, древесину, топливо и смазочные материалы.
Жапаров, со своей стороны, также не отрицает тесные торговые связи с Россией и наличие реэкспорта китайской продукции. Однако президент утверждает, что через Кыргызстан не поставляются товары военного назначения и продукция, находящаяся под санкционными ограничениями.
Ранее сообщалось, что ЕС обсуждает санкции против Кыргызстана из-за России.