27 июля в Алматы прошла пресс-конференция, на которой было объявлено о создании Общественно-политического движения беспартийных "11М". Инициаторы заявляют, что намерены защищать интересы граждан, не состоящих ни в одной партии, после того как новая Конституция лишила их права самостоятельно выдвигаться на парламентских выборах. Cronos.Asia побывал на мероприятии и разобрался, что именно предлагают создатели движения и почему к их инициативе уже возникают вопросы.
Что произошло и кто за этим стоит
Отправная точка – вступившая в силу 1 июля 2026 года новая Конституция. По ней беспартийные казахстанцы больше не могут самостоятельно выдвигать свои кандидатуры на выборах в парламент (Курултай), как это было по прежней редакции Закона о выборах. В 2023 году таким правом воспользовались около 600 человек. По приблизительным подсчетам инициаторов, общее число беспартийных граждан в стране составляет порядка 11 миллионов – отсюда и название движения "11М". Для страны это огромная электоральная группа: беспартийные составляют большинство взрослого населения.
Юридической опорой инициаторы идеи выбрали пункт 2 статьи 26 новой Конституции РК, которым в правовой оборот вводится институт общественно-политических движений. К слову, в числе инициаторов – экс-депутаты Мажилиса Гаухар Танашева и Владимир Дворецкий, экс-кандидат в депутаты Рустем Амангельды, а лицом инициативы стал общественный деятель Альнур Ильяшев.
Напомним, Ильяшев – известный в Казахстане гражданский активист. В 2020 году он был осужден за критические публикации в адрес правящей на тот момент партии и получил ограничение свободы вместе с запретом на публичную деятельность, а позднее добивался признания себя жертвой политических репрессий. Для части аудитории он – последовательный оппонент власти, для другой – фигура спорная.
Что предлагает Ильяшев
Суть движения, как ее представил Альнур Ильяшев, сводится к консолидации беспартийных и использованию правовых возможностей, заложенных в самой Конституции РК. Ключевая электоральная тактика движения – голосовать против всех партий: раз беспартийный гражданин больше не может выдвинуться сам, он, по логике инициаторов, может хотя бы отказать в поддержке всем действующим политическим силам. По замыслу авторов, массовое голосование "против всех" должно стать способом заявить о существовании большой группы избирателей, которую нынешняя партийная система, по их мнению, не представляет.
Внутреннее устройство своего движения Ильяшев описал как горизонтальное – без вертикали и начальников, где все участники формально равны. Среди заявленных направлений – борьба с коррупцией, продвижение петиций и защита интересов беспартийных граждан. Работу пока планируется вести через отдельный сайт или Telegram-канал; при этом Ильяшев согласился, что такие площадки могут заблокировать. По его словам, сейчас движение находится на раннем этапе – разрабатываются четкие цели и логотип, идет набор участников.
Отвечая на вопрос о мотивации, Ильяшев признал, что осознает все риски, но подчеркнул, что действует строго в рамках закона и что кто-то все равно должен заниматься защитой прав беспартийных. Свою позицию он проиллюстрировал притчей:
"Есть притча о муравье, который во время пожара нес каплю воды, понимая, что потушить огонь не сможет. Его спросили: зачем ты это делаешь? А он ответил, что делает то, что должен, – и надеется, что Всевышний заметит его усердие", – рассказал активист.
Неожиданный союзник и прямое обвинение в адрес партии
Еще до конца пресс-конференции о желании присоединиться к движению заявил Данияр Макешов – лидер Движения за легализацию иностранных автомобилей и борьбу с утилизационным сбором, присутствующий в зале. Его выступление оказалось едва ли не самым громким за все мероприятие.
По словам Макешова, за годы работы его движение обошло буквально все двери: активисты обращались в правительство и во все партии, но безрезультатно.
"Куда мы только не обращались за эти годы – во все партии, в правительство. Нас там уже все знают. Они все обещают, заявляют – а по факту не сделано ничего, все наши предложения просто игнорируют", – говорит он.
Именно поэтому, по его словам, он и решил примкнуть к беспартийному движению – как к последней инстанции, где их, наконец, услышат. Макешов также рассказал, что однажды его движение все же поверило в одну новую партию, – название он демонстративно не произнес, заметив, что "и так все поняли".
"У них оставались сутки до регистрации, до 1 июня. Мы за один день собрали им двадцать тысяч голосов и помогли взять порог. А после этого – ни одной встречи, ни разговора, наши вопросы в их программу так и не вошли. Нас просто кинули", – заявил он.
Хотя Макешов и не назвал партию, догадаться, о ком речь, несложно. Но и проверить его версию тоже невозможно – второй стороны на конференции не было, ни имен, ни документов он не привел.
Насколько это жизнеспособно
Главный вопрос, который остается после заявления о создании движения, – сможет ли "11М" стать чем-то большим, чем просто громкое заявление. Пока движение выглядит убедительнее как жест, чем как рабочий инструмент. По крайней мере пока это выглядит так, что за все этим стоят реальная обида беспартийных и удачно найденная зацепка в Конституции. Возможно это и не так, но в любом случае этого обычно мало, чтобы построить устойчивый политический проект. Одной энергии протеста хватает, чтобы заявить о себе, но редко хватает, чтобы удержать инициативу на дистанции.
Отдельно вызывает сомнение и выбранная ставка на голосование против всех. Она понятна как способ выразить недовольство, но сама по себе не конвертируется во влияние: протестный голос слышен в моменте, однако не превращается ни в переговорную позицию, ни в способность что-то менять на практике. Движение, построенное вокруг отрицания, рискует так и остаться в роли вечного оппонента, а не участника процесса.
Наконец, многое будет зависеть от того, сумеют ли создатели перевести замысел в конкретику – и как скоро. Инициатива, живущая на энтузиазме отдельных активистов, обычно проходит проверку не на старте, а через несколько месяцев, когда первая волна внимания спадает. Именно тогда и станет ясно, было ли "11М" началом чего-то большего или еще одной яркой, но короткой вспышкой. Ответ на это даст уже не заявление на пресс-конференции, а ближайшее время.