О президенте и референдуме

Данияр Ашимбаев, политолог

1782340 679196342103823 66372584 o Cronos Asia

Данияр Ашимбаев. Фото: Facebook

Последние время в социальных сетях и некоторых СМИ активно продвигается тезис о том, что президент Токаев якобы «не контролирует ситуацию в стране», «настроен на полумеры», а предложенные им поправки к конституции – «фикция» и т.д.

Так ли это?

Президент в январе показал себя жестким, решительным и ответственным руководителем, не только разрушив замыслы заговорщиков и перехватив инициативу, но и решительно начав модернизацию страны. В это понятие входят как политико-правовые реформы, так и огромная работа по демонополизации власти.

Мы все прекрасно понимаем, что в рамках нового курса с поля вынуждены уйти ряд опытных политических тяжеловесов, а сложная система неформальных связей, охватывающих управление государством и экономикой, должна быть не просто демонтирована, но и максимально встроена в легальную систему управления.

По факту мы, естественно, сталкиваемся с «дефицитом» власти в силу формирования новой правящей элиты и перезагрузки системы управления. Это в краткосрочной перспективе ослабляет государство, но сам процесс объективно необходим.

Понятно и то, что среди новых выдвиженцев немало тех, кто пойдет на отсев. В любом случае она не будет монополитной, внутри постоянно будет конфликт идей, амбиций, интересов.

На мой взгляд, лучше конфликт идей, нежели их дефицит, который мы наблюдаем несколько последних лет, а то и десятилетий.

В условиях сложной внутри- и внешнеполитической обстановки Токаев не только маневрирует, стараясь избежать негативного воздействия на социальную и политическую обстановку в стране, но и уверенно играет в эту сложную игру, позволяя себе и своей команде повышать ставки в отношениях с Москвой, Пекином, Вашингтоном, Анкарой, Брюсселем и Тегераном. С большинством этих держав Казахстан ведет стратегическое партнерство, а сумма векторов обеспечивает необходимый Астане паритет. Токаев рассматривает евразийский вектор как приоритетный, но без фанатизма.

В условиях, когда многие игроки требуют четкой определенности в геополитической игре, Токаев действуют, исходя прежде всего из национальных интересов и долгосрочных перспектив.

Эта позиция многим не нравится, но с ней необходимо считаться и мы видим, что с ней считаются.

Не нужно забывать, что Токаев набирал опыт в этих маневрах еще тогда, когда некоторые его критики, что называется, под стол пешком ходили.

Токаев в этой сфере контролирует практически все лично: тексты, релизы, итоговые документы. Разница между выступлениями и официальным сообщением о нем, мимика и содержание итоговых документов – все четко рассчитано. Не забудем и характерной президентской иронии, которая нет-нет, да и вырывается наружу, создавая впечатления тонкого троллинга со стороны главы государства, которую не все его собеседники могут распознать.

Президент по геополитическим и внутренним соображениям отложил тематику январской попытки госпереворота и сделал упор на преодоление олигархического монополизма, социальной и правовой несправедливости. Нужно признать, что такая позиция вполне обоснована и более того является отправной точкой реформирования страны в целом и ее политической системы.

Токаев длительное время генерировал пакет реформ, который дозированно вводил в действие. Здесь нужно понимать (и умные люди понимают), что сильная президентская власть, опирающаяся на моральный авторитет и интеллект (своего рода просвещенный авторитаризм) – это основа стабильного развития страны и обеспечения социального и национального согласия в ней.

Токаев собрал сбалансированный пакет конституционных реформ и выставил его на референдум. Понятно, что значительная его часть основной массе населения достаточно сложна для понимания, хотя практически все инициативы мало у кого вызывают аллергию и недовольство (ущемлены, наверное, только те родственники президента, которые мечтали о руководящих постах).

Токаев не отпускает инициативу из своих рук, легко обыгрывая возможных оппонентов. Говорю «возможных», потому что реальных особо не видно. Среди критиков присутствуют лица, которые в «старом» Казахстане были не последними лицами в пищевой пирамиде, а сейчас дружно бросились валить все проблемы исключительно на Назарбаева и некоторых его родственников, простив себе собственные прегрешения. Среди критиков немало и радикалов, часть из которых сама по себе, часть ангажирована зарубежными «партнерами» и олигархатом, действующим и бывшим.

Одни заинтересованы в переделе собственности, другие – в ослаблении власти. Последняя, как уже говорилось, сама по себе ситуационно ослабла в силу элитной и системной перезагрузки и жесткого кризиса правоохранительных органов, армии и спецслужб, который проявился в ходе январских событий.

Впрочем, нужно понимать, что даже ослабленный аппарат вполне себе эффективен, а некоторые сложные вопросы активно решают созданные за время токаевского президентства новые агентства. Да и сам глава государства взвешенно, но неотступно заставляет систему выравниваться.

Месседж о желании ослабить власть со стороны отдельных игроков нужно понимать как политику, нацеленную на подчинение страны внешнему управлению и фиксации ее экономики в прежнем дискурсе.

Отвечает ли это интересам Казахстана? Сильно сомневаюсь.

Реформы, которые предложил Токаев не «половинчатые», а более чем адекватные.

Референдум на самом деле не только об этом. Президент Токаев кровно заинтересован в том, что возводимая им система получила всенародную легитимизацию, а результаты референдума можно было бы понимать как доверие к президенту и его курсу.

Президент Токаев, как известно, всенародно избран три года назад, но это было очень-очень давно и нынешний референдум должен обеспечить стабильность в стране. До следующих президентских выборов остается полтора-два года и с учетом достаточно очевидного факта, что Касым-Жомарт Токаев будет на них баллотироваться, предстоит проделать огромную работу.

Президент показал себя противником популизма – политического, национального и социального (а последний нереально популярен у масс), что предполагает сложные сценарии и стратегии.

Токаев, нужно понимать, это человек опытный и уверенный в себе. Он не отрекся в нынешних условиях ни от союза с Россией, ни от стратегической многовекторности (а мощнейшее давление идет). Он не отрекся от Назарбаева, которого сейчас принять ругать (прежде всего, в соцсетях и на митингах – а вот население в целом к своему бывшему президенту относится совсем иначе). Вместе с тем, он отдал некоторые почести Кунаеву, закладывая определенную культуры объективного и адекватного отношения к истории страны. Президент пожертвовал частью полномочий для формирования более сбалансированной системы государственной власти и расширения гражданского диалога.

По отдельным его действиям и тезисам выступлений складывается впечатление, что Касым-Жомарт Токаев хочет вернуть в страну тот политический дух, дискуссионность, открытость, которые царили в ней в 90-е годы – период молодой независимости. Он как-то говорил, что при нем «застоя не будет». Мне кажется, это и есть его главная стратегия.

Данияр Ашибаев, Nomad.su


Материалы к теме:

Нурсултан Назарбаев: Закон – един для всех

Новые политические реформы президента Токаева

Реформы президента Токаева: всё новое – это хорошо забытое старое


Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на cronos.asia.

Подписывайтесь на Telegram-канал Central Asia Cronos и первыми получайте актуальную информацию!




Любое использование материалов допускается только при наличии гиперссылки на cronos.asia.

Подписывайтесь на Telegram-канал Central Asia Cronos и первыми получайте актуальную информацию!


Мы в Телеграм

Свежие новости