Эдуард Полетаев о том, зачем Байбек подал в суд на Мамая

Особенность иска Байбека – в отсутствии требований денежной компенсации за нанесенный моральный ущерб его репутации, считает политолог

ed polet Cronos Asia

Фото: liter.kz

Эдуард Полетаев, политолог, журналист-международник, президент общественного фонда "Мир Евразии" на своей странице в Facebook, рассуждает о новых правилах реальной политике и о том,

В условиях реализации в Казахстане концепции "слышащего государства", готового к конструктивному диалогу, проблема функционирования эффективного института защиты чести, достоинства и деловой репутации нуждается в особо внимательном анализе в силу своей социальной значимости.

Право на защиту своей чести и доброго имени закреплено в статье 18 Конституции РК. Статья 20 Конституции гарантирует каждому свободу слова и творчества. Одновременно с этим, согласно статье 17 Международного пакта о гражданских и политических правах (является международным договором, ратифицированным РК и имеющим обязательную силу для государств-участников), никто не может подвергаться незаконным посягательствам на честь и репутацию человека. Каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств.

В свою очередь, Статья 19 пакта утверждает, что каждый человек имеет право на свободное выражение своего мнения. Однако там же указано, что пользование данным правом налагает особые обязанности и ответственность. Оно может быть, следовательно, сопряжено с некоторыми ограничениями, например, для уважения прав и репутации других лиц.

Таким образом, нормы международного права, конституционные нормы, а также статья 143 Гражданского кодекса РК, в которой закреплены специальные средства гражданско-правовой защиты, гарантируют право каждого на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации при распространении порочащих сведений. Честь, достоинство, деловая репутация - это категории морального или нравственного порядка.

Реакция Байбека и концепция "слышащего государства"

Недавно стало известно, что первый заместитель председателя партии Nur Otan Бауыржан Байбек подает в суд на оппозиционного активиста Жанболата Мамая. В эпоху научно-технического прогресса, появления новых средств передачи информации, становления так называемого информационного общества, рассмотрение дел о защите чести, достоинства и деловой репутации приобретает важный характер. Кроме того, реакция Байбека ложится в логическую канву концепции "слышащего государства". Эту реакцию можно даже назвать практическим отражением концепции, подразумевающей, в том числе оперативное и эффективное реагирование на запросы граждан, и воплощением ее в действии.

Массовое использование интернета, где информация свободна и повсеместно доступна, однако не всегда достоверна (а это вводит людей в заблуждение), диктует в настоящее время новые правила реал-политики.

Во-первых, людям требуются проверенные источники, информация от первых лиц, а также быстрая реакция со стороны государственных органов на их требования.

Во-вторых, в условиях вакханалии самых разных данных в социальных сетях стоит оперативно отвечать на любые выпады и обвинения, не соответствующие действительности. Причем неважно, на кого направлены данные действия, будь это рядовой пользователь, популярный блогер, площадный демократ, бизнесмен или политик.

В этом смысле Байбек дал симметричный ответ в интервью YouTube-каналу Танирбергена Бердонгара, где и заявил о намерении судиться, даже не смотря на то, что он является по существу политическим тяжеловесом, а его политический и государственный бэкграунд сложно сравнивать с соответствующим багажом оппонента.

В имеющейся практике, пожалуй, это впервые, когда политик оперативно реагирует, причем в публичном поле. При этом слова не расходятся с делом, вслед за интервью, которое он дал для общественности, последовал судебный иск.

В-третьих, иск – это законный инструмент, и, судя по нему, для Байбека предстоящий судебный процесс - не возможность свести счеты или жестоко наказать оппонента, а опровержение самого факта обвинений в коррупции и должностных преступлениях.

Почему это важно?

Оставшиеся без опровержения обвинения в адрес политиков, публичных людей, в век сетевой доступности и контент-вседозволенности создают благоприятную почву для разного рода домыслов, инсинуаций. Общественность, в свою очередь, не имея альтернативного мнения, объяснений и доводов, вынуждена потреблять только наличествующую информацию.

Таким образом, подав иск, Байбек, по существу, задает новую планку взаимоотношений с оппонентами, напоминая о необходимой традиции политической культуры, которую по факту надо было взять на вооружение уже давно

(раз в стране декларируется, что мы живем и строим правовое государство). Любой спор, если он не разрешается через институты медиаторства, должен разрешаться в суде. Только в этом случае будет формироваться правовая культура ответственности всех субъектов современной политики. Данная практика может стать новым стандартом, обеспечивающим полноценность, равнозначность и ответственность всех, кто встроен в политическую систему государства.

Очевидным является факт того, что политик создает прецедент, когда развернувшаяся полемика на просторах социальных сетей переводится в конструктивное русло. К тому же западные специалисты еще с начала 90-х годов прошлого века учили казахстанцев, что именно так происходит в любом цивилизованном правовом государстве, в развитых странах.

Кроме того, инициатор иска дает четко понять всем, что высказывания и обвинения, которые он считает необоснованными и оскорбительными, теперь не будут оставаться без внимания лица, которого они касаются, и реагировать на них следует соответствующими правовыми способами. Подобная практика в свою очередь может стать определенным сдерживающим фактором для всех, кто злоупотребляет сетевой свободой слова, и намеревался распространять информацию обвинительного характера.

В свою очередь, у другой стороны несколько странное понимание роли и функций суда. Она, судя по последнему имеющемуся в публичном поле видеообращению (всего порядка 7 видео в адрес Байбека с вызовом на дебаты, как будто на «стрелку» в стиле 90-х годов и т.п.), вероятно собирается использовать суд, как политическую шоу-трибуну. При этом, своеобразно намекая на политические темы прошлого, которые, по существу, не имеют отношения ни к судебному иску, ни к его предъявителю.

Однако надо учитывать, что в суде рассматриваются конкретные факты по существу иска, а все остальные вопросы не будут приниматься во внимание.

Дело не в деньгах!

Если суд удовлетворит иск по обвинению в клевете, есть надежда на то, что будут сделаны соответствующие выводы о том, что человеку, если он претендует на определенную роль в политике, лучше не строить таким способом свой политический капитал. У политического оппонирования есть свои законы, традиции и границы допустимой критики относительно политического деятеля или другого публичного лица, в основе которых лежит соответствующая правовая культура и принцип ответственности за распространяемый месседж.

Особенность иска Байбека – в отсутствии требований денежной компенсации за нанесенный моральный ущерб его репутации, чем обычно сопровождаются подобные дела.

Например, в России недавно суд частично удовлетворил иск бизнесмена Евгения Пригожина к юристу Фонда борьбы с коррупцией Любови Соболь о защите чести, достоинства и компенсации морального вреда и взыскал с нее в его пользу 500 тыс. рублей.

Четыре года назад ныне экс-первая леди США Мелания Трамп выиграла суд против британской газеты Daily Mail, которая публично принесла извинения, а также сообщила, что выплатит компенсацию за понесенный ущерб.

Два года назад российский миллиардер Олег Дерипаска требовал взыскать с лидера КПРФ Геннадия Зюганова 1 млн рублей в виде компенсации морального вреда, но затем принял объяснения политика об отсутствии намерений его оскорбить и решил заключить мировое соглашение.

Очевидно, что дело не в деньгах! Один из главных принципов судебного процесса - состязательность. Важно занимать активную позицию, не пытаться ввести кого-либо в заблуждение, не преувеличивать и не преуменьшать значимость события.

Если нет требований о финансовой компенсации, выходит, что Байбеком фактически преследуется одна цель: опровержение обвинений.

Если руководствоваться бизнес-теориями, то положительная деловая репутация, являясь нематериальным активом, всегда отражается на состоянии активов материальных. Она помогает привлечь новых партнеров, клиентов, квалифицированных сотрудников, увеличить ценность услуг, товаров и компании.

Отрицательная деловая репутация, в свою очередь, мешает развитию бизнеса, что сказывается на прибыльности. В случае Байбека речь идет о его чести, достоинстве и репутации политического государственного служащего в его бытность акимом города Алматы. И защищать их он будет в суде, судя по словам юриста, представляющего его интересы, как физическое лицо.



Рекомендуем также прочитать

Главный экономист ЕАБР и ЕФСР Евгений Винокуров: об альтернативных транспортных маршрутах через РК, РФ и Беларусь

Оставшееся 61 судно из 422, находившихся в заторе, продолжило движение по Суэцкому каналу - после снятия с мели контейнеровоза Ever Given. Существуют ли транспортные пути альтернативные Суэцкому каналу?


Свежие новости