На фоне турбулентности на Ближнем Востоке Казахстан оказался в неожиданно выгодной позиции: рост цен на нефть способен принести бюджету и Национальному фонду дополнительные миллиарды долларов. Возникает редкое окно возможностей, позволяющее не только компенсировать недавние потери, но и усилить финансовую устойчивость страны.
Баррель, приносящий миллиарды
Перед нефтедобывающим “гигантом” Центральной Азии открывается период сверхдоходов, создающий окно возможностей для ускоренного экономического развития.
В настоящее время цена казахстанской нефти CPC Blend достигает около $120 за баррель, тогда как ещё накануне эскалации она составляла $75,6 (+59%).
Общаясь с журналистами пару недель назад, Министр энергетики Ерлан Аккенженов указывал, что "рынок нефти сейчас крайне нестабилен. На пике цена доходила до $119 за баррель, однако затем опустилась до $87"
Впрочем нельзя исключать и масштаб возможного эффекта: при закреплении цены на уровне $100 за баррель дополнительные годовые поступления могут составить около $20 млрд, а при $120 — до $37 млрд.
В бюджете Казахстана на 2026–2028 годы заложена цена нефти $60 за баррель. Это позволяет накапливать нефтяные доходы и сглаживать риски через Нацфонд. При этом важно учитывать временной лаг: текущий рост цен не сразу отражается в доходах, поскольку поставки продолжаются по ранее заключённым контрактам.
Рост цен сглаживает удары начала года
Важно и то, что текущий рост цен фактически позволяет частично компенсировать потери начала года. После аварии на Тенгизе и атак на инфраструктуру Каспийский трубопроводный консорциум Казахстан столкнулся с ограничениями экспорта.
С учётом того, что через консорциум проходит около 80% нефтяного экспорта, даже кратковременные перебои приводят к значительным потерям. Простой на Тенгизе оценивался примерно в $40 млн в сутки, а совокупные потери первого квартала — в сотни миллионов долларов. В этих условиях высокие цены выступают хорошей финансовой подушкой.
Таким образом, текущая ценовая конъюнктура предоставляет Казахстану краткосрочное фискальное преимущество, позволяя частично компенсировать недавние потери и нарастить нефтяные доходы. Однако данный эффект носит преимущественно циклический характер и обусловлен внешними факторами. В этих условиях ключевым становится вопрос эффективности использования дополнительных ресурсов. Без трансформации этих доходов в структурные реформы и диверсификацию экономики страна рискует остаться «перекати-полем» — зависимой от цен на нефть и уязвимой к будущим ценовым шокам.
Ерлан Аккенженов: о рисках и статусе страны
К слову, 1 апреля текущего года, казахстанская делегация на полях авторитетного форума CERAWeek озвучила долгосрочные приоритеты развития отечественного нефтегазового сектора в эпоху мировой нестабильности. На профильной сессии, посвященной геополитике и балансу спроса на сырье, профильный министр Ерлан Аккенженов презентовал текущий потенциал республики и подтвердил статус Казахстана как предсказуемого и надежного торгового партнера.
Однако за внешней стабильностью скрываются системные риски. Республика до сих пор критически привязана к Каспийскому трубопроводному консорциуму. Именно по этой ветке за рубеж уходит львиная доля нефти. Поскольку любые сбои в логистике КТК мгновенно бьют по государственному бюджету, сохранение этого экспортного коридора в рабочем состоянии сегодня приравнивается к защите суверенитета страны.