Эксперт: Казахстан формирует модель зрелого и устойчивого государства

Казахстан формирует модель зрелого и устойчивого государства — так оценивает политический курс эксперт Кямаля Мамедова. По её словам, страну отличает последовательная модернизация, институциональные реформы и предсказуемая политика, усиливающая доверие общества и инвесторов. И это по мнению эксперта отражено в новом интервью Касым-Жомарта Токаева изданию "Turkistan".

– Кямаля, Президент Касым-Жомарт Токаев говорит о стратегической модернизации Казахстана как о долгосрочном государственном проекте. Как вы оцениваете этот подход с точки зрения глобальных тенденций?

– Подход Президента Токаева полностью соответствует сегодняшним мировым реалиям. Мы живём в эпоху фрагментации глобальной экономики, роста конфликтности, ослабления привычных институтов. В таких условиях государства, которые мыслят стратегически и планируют развитие не на год-два, а на десятилетия вперёд, получают серьёзное конкурентное преимущество.

Казахстан демонстрирует именно такую модель: модернизация – это не кампания и не политический слоган, а последовательный курс. При этом реформы не носят хаотичный или эмоциональный характер. Они встроены в логическую систему государственного развития. Это внушает доверие бизнесу, обществу и международным партнёрам, потому что понятны и направление, и принципы, на которых строится новая модель государства.

– В интервью подчёркивается возрастающая ответственность институтов власти перед обществом. Это признак зрелости политической системы?

– Да, это как раз и есть важнейший критерий политической зрелости. Когда ответственность за решения разделена между институтами, когда механизмы подотчётности закреплены не декларативно, а через реальные процедуры – политическая система становится устойчивее. Казахстан идёт по пути институционализации. Усиливается роль Парламента, развивается правовая культура, власть работает с обратной связью.

Это постепенный процесс, но он задаёт правильную траекторию. Государство перестаёт опираться только на личности — оно опирается на правила и институты. Это делает систему менее уязвимой и более предсказуемой.

– Президент подчёркивает, что реформы идут эволюционно, без резких рывков. Насколько это снижает риски?

– Снижает и очень существенно. Мы видим множество примеров, когда попытка провести шоковые реформы приводила к глубоким социальным потрясениям, падению доверия и кризисам государственности. Казахстан, напротив, сохраняет управляемость и стабильность, при этом не останавливаясь в развитии.

Такой эволюционный формат – это сознательный выбор. Он учитывает особенности общества, традиции, исторический опыт. И в долгосрочной перспективе этот путь выглядит гораздо более устойчивым.

– Экономика Казахстана остаётся привлекательной для инвесторов. Почему?

– Потому что она предсказуема. Для инвестора важна не только доходность, но и уверенность в том, что правила игры завтра не будут кардинально изменены. Казахстан предлагает именно такую среду.

Страна остаётся ключевым центром притяжения капитала в Центральной Азии. Это связано и с сильным ресурсным сектором, и с растущим агропромышленным блоком, и с логистикой, и с развитием "зелёной" энергетики. Но главное – стратегическая устойчивость курса и институциональная база.

– Президент подчёркивает значение транспортных коридоров. Укрепляет ли Казахстан свою транзитную роль?

– Несомненно. Казахстан становится центральным звеном евразийских маршрутов. Особенно важно развитие Среднего коридора, где ключевым партнёром выступает Азербайджан. Это усиливает не только экономические позиции, но и геополитическую субъектность.
Фактически наши страны формируют новый мост между Европой и Азией – современный, прагматичный, технологичный. И это долгосрочный тренд.

– Как вы оцениваете акцент Токаева на снижении региональных дисбалансов?

– Это очень дальновидное решение. Когда только столица и крупные города растут, а регионы отстают – это всегда риск социальной напряжённости. Казахстан, наоборот, делает ставку на развитие промышленности, инфраструктуры, предпринимательства в регионах.

Это формирует единое экономическое пространство и усиливает социальную сплочённость страны.

– В интервью важное место занимает цифровизация и внедрение искусственного интеллекта. Как это повлияет на управление государством?

– Это фактически переход на новый технологический уровень управления. Цифровые инструменты делают государство быстрее, прозрачнее и эффективнее. Это уменьшает субъективность решений, снижает коррупционные риски и улучшает качество сервиса для граждан и бизнеса.
Казахстан уже сейчас один из региональных лидеров в e-gov. И развитие искусственного интеллекта может вывести эту систему на новый уровень.

– Президент подчёркивает, что форма правления останется неизменной. Усиливает ли это доверие?

– Да, потому что стабильность в фундаментальных вопросах политики всегда повышает предсказуемость. Казахстан демонстрирует, что реформы возможны без радикальных ломок. Это показывает зрелость политической культуры и стратегическую ответственность власти.

– В интервью много внимания уделено социальной справедливости. Можно ли говорить о новом социальном контракте?

– Я бы сказала об обновлении социального баланса. Государство усиливает механизмы поддержки граждан, но в то же время повышает планку ответственности институтов власти. Это формирует более честные и прозрачные отношения между обществом и государством.

– Казахстан остаётся нейтральным и прагматичным актором на международной арене. Как это влияет на его роль?

– Это усиливает Казахстан. Нейтралитет – это не пассивность, а самостоятельная позиция. Казахстан не стремится играть роль сторонника какого-то глобального блока. Он выстраивает отношения с разными центрами силы, защищая прежде всего свои национальные интересы.

В этом Казахстан и Азербайджан действительно похожи – оба государства демонстрируют рациональную, взвешенную и очень прагматичную внешнюю политику. Это зрелые, ответственные государства, которые умеет двигаться вперёд без суеты и крайностей. Казахстан реформируется, но не разрушает себя в процессе реформ. Это дорогого стоит.