В конце октября на саммите "Россия – Африка" в Москве прошла специальная сессия, посвящённая интеграционному партнёрству ЕАЭС и Чёрного континента. Там министр по интеграции и макроэкономике Евразийской экономической комиссии Данияр Иманалиев обозначил ключевые направления взаимодействия с Африкой. Подробнее об этом – на Cronos.Asia.
Геоэкономические проблемы: поиски выхода
По сути, Иманалиев предложил африканцам то, что по-научному называют институционализацией. То есть раньше взаимодействие ЕАЭС и Африки проходило по принципу "мы иногда это делаем". Теперь же в приоритете уровень выше – "мы так поступаем всегда, потому что договорились так поступать".
Вкратце предложения Иманалиева можно свести к двум словам – "интеграция интеграций". Обозначил министр ЕЭК на сессии "ЕАЭС и Африка: интеграционное партнерство" (так она называлась) и главную цель всего этого – практическую помощь бизнесу.
Ничего нового, впрочем, Иманалиев не предложил. Снизить регуляторные риски до приемлемого минимума, создать все условия для совместных инвестиционных проектов – всё это озвучивается на встречах в рамках всех известных интеграционных объединений, будь то ЕАЭС, АСЕАН или МЕРКОСУР. Приоритеты – те же, что уже лет 15 фигурируют в документах других блоков с "экономическим" уклоном. То есть энергетика, продовольственная безопасность, транспорт и логистика, а также цифровые технологии и высокотехнологичные производства.
Заинтересованность в сотрудничестве с ЕАЭС на сессии подтвердили исполнительный секретарь Сообщества развития Юга Африки (SADC) Элиас Мпеди Магоси, председатель Комиссии Экономического сообщества государств Центральной Африки (CEEAC) Изекьель Нибигира, президент Комиссии Экономического сообщества западноафриканских государств (ECOWAS) Бирам Диоп, а также генеральный секретарь Общего рынка Восточной и Южной Африки (COMESA) Чилеше Мпунду Капвепве.
Делегация COMESA во главе с Капвепве на следующий день после окончания саммита "Россия – Африка" встретилась с Иманалиевым в штаб-квартире ЕЭК. На встрече обсудили сотрудничество в торговле и промышленности, цифровизацию пунктов пропуска и агропромышленную логистику.
Строго говоря, база для диалога существует с 2022 года, когда ЕЭК и Комиссия по конкуренции COMESA подписали Меморандум о взаимопонимании в области конкурентной политики и правоприменения. Документ предусматривает обмен опытом расследований и нормотворчества в сфере конкуренции.
Как будет проходить дальнейший диалог между ЕАЭС и Африкой, сейчас сказать трудно. Потому что всё будет зависеть от последующих договорённостей, заинтересованности "евразийских" и африканских бизнесменов друг в друге, а также от конкретных совместных инициатив.
От потенциала до заинтересованности
В целом об усилении сотрудничества с Африкой говорят не только на уровне президента России или ЕЭК. В прошлом году на международном форуме "Астана" (AIF-2025) тоже упоминали Африку. Заместитель министра иностранных дел Казахстана Алибек Куантыров, в частности, сообщил, что в 2024 году товарооборот Казахстана со странами Африки вырос на 15% и достиг $783 млн.
В 2023 году Кыргызстан продавал свою продукцию в 15 африканских государств. В денежном выражении объёмы были более чем скромными – $6 млн 672,6 тыс. Однако по сравнению с 2022 годом, когда экспорт составлял $2 млн 510,6 тыс., он вырос на 165,8%. Кроме того, в феврале 2026 года Кыргызстан получил статус наблюдателя в Африканском союзе.
В 2024 году экспорт Беларуси в Африку составил $650 млн. Что касается Армении, то её Статкомитет публикует данные по отдельным африканским странам, в том числе по ЮАР.
Безусловный лидер тут – Россия. По итогам 2025 года её товарооборот с Африкой превысил $27 млрд. По словам директора Института Африки РАН Ирины Абрамовой, в 2026 году торговый оборот может вырасти до $28-29 млрд.
На встрече президента России Владимира Путина с руководством африканских региональных организаций председатель Коллегии ЕЭК Бакытжан Сагинтаев сообщил, что с 2015 по 2025 год товарооборот евразийской "пятёрки" со странами Африки увеличился более чем вдвое и превысил $25 млрд в год. С начала 2026 года, по его словам, оборот составил около $17 млрд при росте на 9%. Однако, по данным Евразийской ассоциации бизнеса, более 80% экспорта ЕАЭС в Африку приходилось всего на пять стран – Алжир, Египет, Марокко, Нигерию и Тунис. Товарооборот одной только России с Африкой ещё в 2023 году достиг $24,5 млрд.
Как бы там ни было, потенциал действительно выглядит приличным. И дело – не только в товарообороте, который имеет свойство падать и расти. Во-первых, Африка – второй по площади континент после Евразии. Во-вторых, с 2021 года на Чёрном континенте идёт торговля в рамках Африканской континентальной зоны свободной торговли (АфКЗСТ, или AfCFTA). Это – потенциальный рынок с населением более чем 1,5 млрд человек.
Соглашение подписали 54 из 55 государств – членов Африканского союза, за исключением Эритреи. К концу сентября 2026 года 50 подписантов передали документы о ратификации.
Упомянутый документ базируется на уже существующих региональных объединениях. Среди них, помимо вышеназванных, – Восточноафриканское сообщество (EAC) и Союз арабского Магриба (AMU). Некоторые африканские страны входят сразу в несколько блоков. Как бы там ни было, база имеется. Надо только, чтобы торговля и промышленная кооперация стали системными, а их масштабы росли.
По оценке Экономической комиссии ООН для Африки, в 2025 году Чёрный континент импортировал товаров на $788,9 млрд. Это – кусок, за который стоит бороться.

