На днях в Бишкеке состоялся экспертный семинар, на котором представили проект Концепции формирования и укрепления региональной идентичности Центральной Азии.
Организаторами выступили Институт стратегических и межрегиональных исследований при Президенте Республики Узбекистан (ИСМИ), Национальный институт стратегических инициатив при Президенте Кыргызской Республики (НИСИ) и швейцарский фонд PeaceNexus.
Инициатива вписывается в глобальный тренд на усиление региональной интеграции.
Согласно заявленным целям, Концепция должна стать основой для координации усилий в гуманитарной, информационной, культурной, образовательной и других сферах, связанных с формированием устойчивого чувства региональной принадлежности.
Это особенно важно, поскольку мы живём в неспокойное время. Никто не знает, где и что может "рвануть" завтра. Неслучайно авторы документа указывают на вызовы и угрозы для региона, включая информационные войны и дезинформационные кампании, способные подорвать региональную стабильность.
Также Концепция связана и с практическими шагами по развитию интеграции в рамках Консультативных встреч глав государств Центральной Азии. Именно этот формат становится основным механизмом выработки общей региональной повестки и укрепления политической координации.
Поэтому закономерно, что к разработке и обсуждению документа подключились представители аналитических структур, действующих при администрациях президентов стран региона. Правда, эксперты НИСИ при президенте Кыргызстана обозначили свое участие в дискуссии на "гостевом" уровне. Из чего можно сделать вывод, что Концепции предстоит пережить еще множество мозговых штурмов на различных уровнях.
Кто ты, "центральноазиат"?
Авторы Концепции делают акцент на инновационном развитии региона, включая использование молодёжью современных образовательных, экологических и экономических технологий. Одновременно они предлагают ввести термин, который мог бы обозначить принадлежность к Центральной Азии, – "центральноазиат".
В документе так называют человека, который, сохраняя свою этническую, гражданскую и религиозную идентичность, ощущает принадлежность к сообществу народов Центральной Азии. Это сообщество объединяют общая историческая память, ценности добрососедства и миролюбия, взаимное уважение, а также бережное отношение к культурным и языковым особенностям друг друга.
Такой человек воспринимает регион как пространство для реализации своих жизненных планов и стремится внести вклад в укрепление его единства и международной роли.
Безусловно, образ "центральноазиата" выглядит привлекательнее медийного штампа, сложившегося в зарубежных СМИ за последние десятилетия, когда жителей региона нередко воспринимали исключительно как трудовых мигрантов.
В то же время у представителей экспертного и научного сообщества Кыргызстана возникли вопросы к предложенной формулировке. Главный из них – нужен ли такой термин вообще? Возможно, логичнее говорить просто о жителе Центральной Азии или гражданине одной из стран региона.
Споры вызвало и языковое измерение идентичности. Какой язык должен объединять регион? В ходе дискуссии прозвучало мнение, что молодёжь, живущая за пределами крупных городов, всё реже использует русский язык в повседневном общении.
В этой связи, первый заместитель директора ИСМИ Акрамжон Неъматов высказал точку зрения, что этот вопрос не стоит политизировать, поскольку у молодежи всегда есть еще свой язык общения.
Русский язык сегодня представлен на официальных площадках Центральной Азии, включая и Консультативный формат взаимодействия глав государств региона. Участники дискуссии отметили, что за последние годы уровень межгосударственного взаимопонимания заметно вырос – особенно в вопросах приграничного сотрудничества и взаимной торговли.
Регион перестал восприниматься исключительно как мировая периферия и всё заметнее проявляет себя в международной повестке. Это особенно важно на фоне геополитических кризисов, локальных военных конфликтов и экономической нестабильности.
Вопросы регионального лидерства, которые ранее использовали в основном внешние силы, для достижения своих целей, сегодня тоже уходят в прошлое, поскольку главы государств выстраивают сотрудничество на партнерской основе и взаимной ответственности.
Однако проблемные моменты всё ещё остаются. Можно сколько угодно считать себя "центральноазиатом", но для поездки в Туркменистан всё равно придётся получать визу.
Впрочем, Ашхабад всё активнее участвует в региональном диалоге. Туркменистан уже является частью регионального диалога. Тем более, что VIII Консультативная встреча глав государств Центральной Азии и Азербайджана запланирована на 8 октября 2026 года в туркменском городе Аваза.
Азербайджан нам в помощь?
В проекте Концепции Азербайджану отводится роль полноправного участника процессов формирования региональной идентичности. Такая трактовка вызывает вопросы, в том числе у участников презентации.
Да, сегодня Баку активно участвует в укреплении межгосударственного диалога в Центральной Азии и расширяет транспортно-логистические возможности региона. Строительство железной дороги Китай – Кыргызстан – Узбекистан уже рассматривается в контексте развития маршрутов через Каспийское море и Азербайджан.
По мнению Акрамжона Неъматова, участие Азербайджана в региональных процессах связано прежде всего с готовностью республики разделять общие ценности и поддерживать интересы Центральной Азии.
В тоже время наш регион не стал местом действия по решению внутренних политических проблем Южного Каваказа по Карабахскому вопросу. Получив статус полноправного участника Консультативных встреч, Азербайджан может сыграть более конструктивную роль в процессах консолидации и в своем регионе.
Как показала 31 июля в Чолпон-Ате неформальная встреча глав государств Центральной Азии и Азербайджана, существуют вполне конкретные экономические направления, в которых Баку может быть полезен региону. Это поставки ГСМ, развитие транспортно-логистических маршрутов и использование Каспийского моря как части международных коридоров.
Стоит выделить ещё один аспект участия Баку в Чолпон-Атинской встрече. Азербайджан готов взаимодействовать с Центральной Азией как самостоятельный игрок, не ограничивая сотрудничество повесткой тюркской интеграции и Организации тюркских государств. Это повышает значение внешней политики Ильхама Алиева для выстраивания новых региональных связей. При этом республика сохраняет свои позиции и в формате СНГ.
Однако практические направления сотрудничества все-таки заметно отличаются от многих понятий, декларируемых в Концепции. В отношениях с Азербайджаном есть вполне понятные настоящее и будущее. Но как будет проходить идентификация по общему историческое прошлому, кроме периода советской истории и можно ли применять понятие "центральноазиат" к жителям Азербайджана – это уже не просто спор о терминах, а вопрос о географических, исторических и культурных границах будущей Концепции.
Поэтому авторам проекта предстоит доработать документ и найти ответы ещё на многие вопросы. Но, пожалуй, самое важное заключается в том, что этот процесс проходит в формате заинтересованного диалога. А значит, он уже способствует развитию народной дипломатии и взаимопонимания в Центральной Азии.