Прошедшая в Чолпон-Ате VII Консультативная встреча стран Центральной Азии и Азербайджана оставила больше вопросов, чем дала ответов. Участие Баку в этом формате в качестве полноправного игрока можно, конечно, считать прорывом. С другой стороны, пока не до конца ясно, готовы ли страны Центральной Азии и Азербайджан поступиться частным ради целого. Об этом – в материале Cronos.Asia.
О правилах игры пока не сказано
В своей речи президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев отметил, что присоединение Азербайджана к формату консультативных встреч выводит взаимодействие на качественно новый, макрорегиональный уровень.
Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев, в свою очередь, заявил, что участие Азербайджана в качестве полноправного участника Консультативных встреч знаменует новый этап в положительной эволюции данного формата. К слову, ранее, на июльской встрече, Токаев предложил долгосрочный план сотрудничества стран Центральной Азии и укрепление связей с Кыргызстаном
В своём выступлении президент Азербайджана Ильхам Алиев сказал: "Сегодня Центральная Азия и Азербайджан уже превратились в один геополитический и геоэкономический регион".
Здесь нужно учесть, что до недавнего времени официальный Баку всячески сторонился участия в жёстких союзах, которые могли бы ограничить свободу действий азербайджанской экономики.
Формат участия Азербайджана в объединении с Центральной Азией этому принципу нисколько не противоречит. Как минимум потому, что, как следует из официального названия, контакты в формате "Азербайджан – Центральная Азия" носят консультативный характер – без каких-либо обязательств. А значит, блоком его можно назвать с большой долей условности: институционально ничего не оформлено. То есть наднациональный координирующий орган по примеру секретариатов ОДКБ и ШОС или Евразийской экономической комиссии в формате "Азербайджан – Центральная Азия" не создан.
Более того, о его создании стороны даже не упоминают. Отчасти это можно объяснить тем, что неформальные встречи дают президентам возможность говорить напрямую, минуя бюрократические и протокольные условности.
Но достаточно посмотреть всего лишь тезисы Чолпон-Атинской декларации, подписанной на Консультативной встрече, чтобы понять главное: без единого координирующего органа большинство намерений так и останется на бумаге.
"Практическим продолжением Чолпон-Атинской встречи, – пишет по этому поводу кыргызский политолог Асель Омуракунова, – могли бы стать согласованные консультации по туристической визе, координация транспортных проектов, разработка цифровых сервисов для торговли и транзита, совместные меры по климатической адаптации, а также постоянный мониторинг выполнения заявленных инициатив".
К слову, ввести единую туристическую визу для всей Центральной Азии по образцу шенгенской президент Кыргызстана Садыр Жапаров предлагал ещё в прошлом году. Однако его поддержали только Казахстан и Узбекистан, о чём президент КР заявил на Чолпон-Атинской встрече.
А как быть с конкуренцией и рисками?
Вместе с тем надо понимать, что преобразованию Консультативной встречи в полноценное интеграционное объединение будет мешать множество факторов. Прежде всего – нефть.
Совсем недавно вышел доклад ОПЕК, в котором прогнозируется, что импорт нефти в Евросоюз из России и Каспийского региона в целом к 2030 году снизится до 1,6 млн баррелей в день и останется примерно на этом уровне вплоть до 2050 года.
При этом основную часть этих поставок будут составлять нероссийские объёмы, значительная доля которых придётся на Казахстан и Азербайджан. По итогам мая 2025 года Казахстан занимает третье место (11,5% импорта) после США и Норвегии по поставкам нефти в ЕС. Доля Азербайджана в прошлогодних поставках нефти в Европу была 4,1%.
Кроме того, два года назад профильные СМИ писали, что Азербайджан ограничивает объёмы транспортировки казахстанской нефти по нефтепроводу Баку – Тбилиси – Джейхан до 2,2 млн тонн в год. Официально – чтобы смешение разных сортов нефти не ухудшало общее качество сырья. В любом случае, впору говорить о конкурентном соперничестве между Астаной и Баку за рынки сбыта.
Что же до транзитной составляющей, о которой также упоминалось в Чолпон-Ате, то много вопросов вызывает и Транскаспийский международный транспортный маршрут – ТМТМ, он же Средний коридор. Помимо зависимости от погоды на Каспийском море, у ТМТМ есть ещё пять недостатков:
- низкую пропускную способность портов Актау, Курык и Баку;
- многократную перегрузку товаров;
- нехватку судов;
- разные законы и таможенные правила;
- часто меняющиеся тарифы.
Кроме того, после удара украинских беспилотников по иранскому судну "Анна" в Каспийском море 25 июля это направление стало не только дороже, но ещё и опаснее. После подобных инцидентов судовладельцы государств, вблизи вод которых они произошли, обязаны пересматривать протоколы безопасности, что обычно влечёт за собой повышение тарифов и страховых сумм.
Но, как бы там ни было, есть смысл подождать до октября, когда в Туркменистане пройдёт VIII Консультативная встреча Азербайджана и стран Центральной Азии. Возможно, к тому моменту отношения участников формата приобретут более определённые очертания.
Что касается прошедшего саммита, то он выглядел скорее попыткой региона найти варианты снижения зависимости от внешних игроков. В нынешних условиях это немало.