В Межрайонном суде по уголовным делам Астаны продолжается процесс по делу "Qarmet против Сергея Кима", за которым следит Cronos.Asia. В этом материале мы собрали ключевые эпизоды двух дней процесса, в ходе которых допрашивали свидетелей, и как здесь всплыл след небезызвестного Масимова.
Напомним, ранее Cronos.Asia сообщал об обвинении в хищении имущества металлургического гиганта на 1,8 млрд тенге, а также о споре сторон вокруг главного вопроса: кому принадлежал металл, извлеченный из отходов Карметкомбината.
На этот раз судебное заседание, состоявшееся 20 августа, началось с замены представителя обвинения: участвовавший в рассмотрении прокурор Улан Казтурган был переведен руководством на другой участок работы и потому уступил свое место Бейбарысу Булатову.
Директор, который не руководил
Допрошенный судом Жасулан Ахметов – бывший руководитель ТОО "Митра Консалтинг" и других предприятий – подтвердил, что с 2015 по 2019 год номинально возглавлял эти компании (Grand Smithy Works Kazakhstan в Темиртау и ТОО "ЦентрОптСнаб"). При этом, по его словам, фактическое руководство осуществляли другие лица. Свои функции свидетель описал так: "Я приезжал, расписывался и уезжал".
Ахметов также заявил, что не имел доступа ни к печати "ЦентрОптСнаба", ни к интернет-банкингу. Согласие стать директором и учредителем объяснил доверием к Киму, уважением к нему как к бизнесмену и зависимостью в рамках трудовых отношений. Подобную схему свидетель назвал обычной практикой для крупных бизнес-структур.
В то же время, как юрист по специальности, Ахметов не видел никаких признаков лжепредпринимательства, равно как и любых других противоправных действий.
"Каких-либо противоправных указаний он мне не давал", – заявил свидетель и уточнил, если бы такие признаки обнаружились, то он обсудил бы это с руководителем либо вообще отказался от участия.
Наоборот, он утверждает, что все это время работал автопарк, велась отгрузка отходов металлургии, закупались оборудование и материалы, отпускалось горючее. Бывший директор отметил, что компаниями Кима велась регулярная благотворительная деятельность – ветеранам и пенсионерам вручали продуктовые наборы, помогали материально детским домам.
Отвечая на вопросы суда, Жасулан Ахметов подтвердил, что лично видел документы, согласно которым в адрес контрагентов компании "ЦентрОптСнаб" отгружался чугун. Однако он не может точно утверждать, что именно он был добыт в результате переработки отходов, поступивших от АО "АрселорМиттал Темиртау" (АМТ, ныне Qarmet) согласно подписанному договору.
О чем спорили участники суда и при чем здесь Масимов
Самым напряженным стал спор о принадлежности группы компаний. Среди них: "Кенжехан", Backup Service Resorts, "Кузет 2050", Grand Smithy Works Kazakhstan, "Спец Трейд LTD", "Митра Консалтинг" и "ЦентрОптСнаб". Впрочем, в суде прозвучало, что ряд компаний, участвовавших в операциях по реализации металлолома (в частности, ТОО "Plutus Group Kazakhstan"), не принадлежал лично Сергею Киму.
Свидетель признал, сам Ким никогда прямо не говорил, что эти компании принадлежат ему лично. "Такого буквально он не говорил, но фактически я понимал, что эти компании принадлежат ему", – пояснил он.
Однако Ким оспорил такое толкование и сосредоточился на юридической структуре Grand Smithy Works Kazakhstan. В результате Ахметов также подтвердил, что в период производственной деятельности у компании было два учредителя: индийская сторона и казахстанская Plutus Group. Работа этих компаний осуществлялась по специальным соглашениям, на заключение которых не мог влиять карагандинский предприниматель.
Свидетель также подтвердил, что после получения необходимых разрешений руководителем предприятия стал гражданин Индии, которого выдвинула индийская сторона, а с казахстанской стороны работал финансовый директор.
Не меньше вопросов возникло вокруг ТОО "Plutus Group Kazakhstan". Свидетель вспомнил, что среди ее участников был Виталий Шаров, но не смог назвать актуальный состав владельцев.
Появилась и еще одна подробность, заслуживающая внимания. Отвечая на вопросы обвиняемого, Жасулан Ахметов пояснил, что в период 2018–2019 годов, по заявлению некоего Масимова, который "приходился не то дядей, не то братом осужденному за государственную измену Кариму Масимову", была попытка возбудить уголовное дело.
Примечательно, что, по утверждению Сергея Кима, именно эти, не подтверждённые ничем, материалы и легли в основу дальнейшего производства. Приведем здесь краткую расшифровку с судебного процесса:
- Сергей Ким: …Назовите, пожалуйста, фамилии
- Жасулан Ахметов: насколько я помню, вы говорили о Бейсекове Серике… Там еще был соучредитель с фамилией Масимов.
- Сергей Ким: Масимов кто он был такой?
- Жасулан Ахметов: он был соучредитель в "АлбаСтройДор", если я не ошибаюсь.
- Сергей Ким: Кем является господин Масимов, который везде писал заявления в департамент госдоходов, на основании которых были инициированы налоговые проверки и на основании которого возбуждались уголовные дела в отношении меня? Родственником кому приходился, и в какой степени родства находился?
- Жасулан Ахметов: он был родственником Карима Масимова, осужденного за госизмену. То ли дядей, то ли братом, я точно не знаю.
О чем говорила защита
Защита обратила внимание суда, что в ходе следствия на Жасулана Ахметова, который выступал исключительно свидетелем, были наложены ограничения. Выяснилось, что впервые сотрудники Агентства по финансовому мониторингу (АФМ) допросили Ахметова в декабре 2025 года. По его словам, сначала они провели обыск в доме его друга, который одновременно является его адвокатом, затем – в квартире самого свидетеля, после чего его доставили на допрос.
О задержании Кима он узнал от кого-то из сотрудников офиса. Прямого психологического давления со стороны должностных лиц, по его утверждению, не было, однако сама ситуация его напугала: он не понимал, какое отношение имеет к делу.
Ахметов рассказал, что проходил по делу в статусе свидетеля, а не свидетеля, имеющего право на защиту. При этом его собственные банковские счета и карты были заблокированы. По мнению защиты, суд может это расценить как оказание давления.
Выступая с ходатайством, адвокат Бахыт Ахметова попросила приобщить к делу материалы Карагандинского суда по уголовным делам: еще в 2020 году суд не поддержал заявления следователя АФМ о выемке бухгалтерской документации ТОО "ЦентрОптСнаб". Между тем, именно эта организация признана стороной обвинения звеном в цепочке хищений. По словам Ахметовой, нет ясности в том, как можно было прийти к такому выводу, не изучив бухгалтерские документы.
В заключение судебного заседания от 20 августа Бахыт Ахметова заявила о нарушении прав обвиняемого. Сергей Ким тяжело болен и нуждается в регулярном специальном питании, которое ему не могут обеспечить в следственном изоляторе. Вняв доводам защиты, суд постановил сократить время судебных заседаний.
Сигналов не было: экс-глава безопасности АМТ о Киме
25 августа судебные слушания по делу "Qarmet против Сергея Кима" начались с допроса Николая Калашникова – бывшего заместителя управляющего по безопасности "АрселорМиттал Темиртау". Он заявил, что за время его работы служба не получала оперативных сигналов о крупных хищениях на участке ТОО "АлбаСтройДор", а систематический вывоз продукции, по его мнению, не мог остаться незамеченным камерами и несколькими уровнями контроля.
"Если бы у нас были сигналы, мы задерживали бы, возбудили уголовное дело. Но таких фактов не было. Повторяю: на моей памяти не было", – заявил Калашников.
Однако у этих показаний есть важные границы. Калашников пришел на комбинат только в декабре 2017 года, тогда как обвинение охватывает 2016–2018 годы. С условиями договора на переработку доменного шлака он знаком не был, экономический аудит ему не подчинялся, а под документом АМТ 2019 года об отсутствии сообщений о хищениях, предъявленным в суде, стояла не его подпись.
По словам Калашникова, письмо действительно исходило от его подразделения и было оформлено на официальном бланке АМТ. Он допустил, что документ могли подписать за него в его отсутствие, и подтвердил его содержание применительно к периоду собственной работы. При этом свидетель вспомнил, что исполнителем документа значился сотрудник службы Сергей Марупов.
После допроса защита попросила приобщить копию письма и опись материалов прежнего уголовного производства. По словам адвоката, оригинал ответа находится в материалах дела, начатого в 2019 году, а само письмо было зарегистрировано в АМТ 7 ноября 2019 года за номером 3368. Суд ходатайство удовлетворил.
Сторона защиты также сообщила, что прежнее расследование продолжалось более года и было прекращено в октябре 2020-го. В расшифровке заседания одновременно прозвучало, что материалы этого производства находятся в Комитете по правовой статистике. Оценивать их значение для нынешнего обвинения суд будет вместе с другими доказательствами.
Мог ли вывоз пройти мимо камер?
Значительная часть допроса касалась устройства охраны на комбинате. Калашников объяснил, что "АлбаСтройДор" располагался в стороне от основной территории завода и имел собственную охрану. Общий периметр предприятия в разные периоды охраняли несколько частных организаций, среди которых свидетель назвал "Тигр", "Каскыр" и "Норд".
Одновременно въезды и выезды "АлбаСтройДора", по его словам, были включены в общую систему видеонаблюдения. Доступ к камерам имела обслуживавшая систему организация, а также представители иностранного руководства. Калашников назвал такой контроль двойным или тройным.
На вопрос защиты, мог ли систематический вывоз продукции в течение нескольких лет остаться незамеченным операторами, свидетель ответил отрицательно.
"Нет, не могло быть, – сказал он, сославшись на видеонаблюдение и несколько уровней контроля. – Если бы сведения о крупных хищениях подтвердились, договор с подрядчиком расторгли бы, а компанию внесли бы в неофициальный черный список группы в Люксембурге". О попытках руководства комбината убрать "АлбаСтройДор" с контракта свидетель ответил, что ничего об этом не знал.
Где заканчивается компетенция свидетеля?
Вопросы, прозвучавшие в суде, были направлены на то, чтобы показать: предполагаемый многолетний вывоз продукции не мог остаться незамеченным. Но сам Калашников довольно четко обозначил пределы своих показаний. В частности он подчеркнул, что не был знаком с договором от 10 сентября 2015 года между АМТ и "АлбаСтройДором" и не знал, как стороны распределили права на продукты переработки доменного шлака.
"Это не моя компетенция. Я по договорам не в курсе событий", – сказал свидетель. Он уточнил, что его подразделение занималось прежде всего физическими хищениями и реагировало на оперативные сигналы. А проверка документов и исполнения контрактов относилась к сфере внутреннего аудита.
Что уточнила свидетельница из "ГлобалСпецТорга"
Вслед за Николаем Калашниковым выступила свидетель Камшат Сыздикова, работавшая бухгалтером в ТОО "ГлобалСпецТорг". Она в целом подтвердила показания, данные в ходе досудебного расследования, но внесла некоторые уточнения. В частности, она вспомнила фразу Кима: "Будешь реализовывать чугунку". И по словам женщины, "ГлобалСпецТорг" действительно реализовывал кусковой чугун. Только вот точную фракцию или размер продукции она вспомнить не смогла.
Но на вопрос об указаниях Сергея Кима выставлять счета-фактуры конкретным поставщикам свидетельница ответила, что таких поручений не было. Также она заявила, что Ким не имел отношения к бухгалтерской и финансовой отчетности "ГлобалСпецТорга" и не давал ей никаких указаний в этой части. Свой ответ она объяснила тем, что Ким не мог распоряжаться внутренней отчетностью компании.
Еще один любопытный момент всплыл во время показаний Камшат Сыздиковой. Рассказывая о досудебном расследовании, она пояснила, что во время первого допроса находилась в шоковом состоянии: сначала у неё прошел обыск на рабочем месте, затем её отвезли домой, а после – в Департамент экономических расследований (ДЭР). Изначально она указывала, что директором и учредителем компаний являлся Роман Камалитдинов, а сама она работала только бухгалтером. Кстати, эта фамилия уже звучала во время предыдущих заседаний: Жасулан Ахметов предполагал, что Камалетдинов представлял "ГлобалСпецТорг", поскольку видел его фамилию и инициалы в документах.
Камшат Сыздикова рассказала также, что после допроса ее вместе с показаниями привели к руководителю следственно-оперативной группы. Ознакомившись с протоколом, он заявил, что ведутся следственные действия и необходимо дать показания о подконтрольности всех компаний Киму. На вопрос судьи, зачем она дала такие показания, понимая, что это может ухудшить положение человека, свидетельница ответила, что сильно испугалась, находилась в состоянии аффекта и не знала, как поступить.
При этом женщина уточнила, что уже в ходе досудебного следствия она заявляла о давлении во время первого допроса и потому частично изменила показания. А в ходе судебного заседания она подтвердила: прямых угроз в её адрес не поступало, однако ей давали прямые инструкции о том, что именно нужно говорить.
Что показали два дня допросов
В конце заседания защита напомнила о заявленных свидетелях, находящихся в других странах, и попросила начинать будущие заседания в 15:00 из-за разницы часовых поясов. Кроме того, участники судебного процесса отметили, что допрос представителя потерпевшей стороны еще не завершен: ранее он взял время, чтобы подготовить ответы на вопросы, на которые не смог ответить сразу.
Собственно, на этом можно было бы и завершать наш репортаж. Отметим лишь, что показания свидетелей, выступивших на заседаниях 20 и 25 августа, прояснили отдельные обстоятельства работы фигурирующих в деле компаний, однако не дали однозначного ответа на ключевые вопросы процесса.
- Бывший юрист Жасулан Ахметов подтвердил, что предприятия работали из общих офисов, пользовались услугами одной бухгалтерии, а сотрудники воспринимали Кима как руководителя. Сам Ахметов назвал себя номинальным директором и признал, что подписывал подготовленные документы, не всегда вникая в их содержание.
- Показания бывшего руководителя безопасности "АрселорМиттал Темиртау" Николая Калашникова усилили другой довод защиты. По его словам, систематический вывоз десятков тысяч тонн продукции с предприятия, оборудованного камерами и несколькими уровнями контроля, едва ли мог остаться незамеченным. За время работы Калашников не получал оперативных сигналов о крупных хищениях на участке "АлбаСтройДора".
- Не снял противоречий и допрос бухгалтера "ГлобалСпецТорга" Камшат Сыздиковой. Она подтвердила, что Ким говорил о реализации чугуна, но не связывала его с выставлением счетов-фактур, ведением бухгалтерской отчетности или распоряжением финансами компании.
Таким образом, показания свидетелей дополнили картину хозяйственных и управленческих отношений между участниками дела, но сами по себе не разрешили спор сторон. Суду ещё предстоит установить, кому по условиям договора принадлежал извлечённый из шлака металл, кто принимал решения о его реализации и как следует оценивать действия фигурантов с учётом всех представленных доказательств.
Следующее судебное заседание назначено на 28 августа.