На очередном судебном заседании по делу Qarmet против Кима вскрылись нестыковки в бухгалтерии АМТ, защита снова заявила о давлении на фигурантов, фальсификации обвинения, а также о пропаже бриллиантов из вещдоков. Подробности на Cronos.Asia.
В суде Астаны продолжается разбирательство по уголовному делу в отношении экс-руководителя ТОО "АлбаСтройДор" (АСД) Сергея Кима. Эта компания работала на шлакоперерабатывающем участке (ШПУ) АО "АрселорМиттал Темиртау" (АМТ, правопреемником которого является Qarmet), а её бывшего руководителя обвиняют в хищении продукции на сумму 1,8 миллиарда тенге.
Одно постановление и разные даты
Очередное заседание, на этот раз с участием представителя потерпевшей стороны (отсутствовавшего на нескольких предыдущих), началось с ходатайства адвоката защиты Бахыт Ахметовой о приобщении к материалам дела актов сверки взаиморасчетов между АМТ и АСД, первую часть которых она предоставила суду на прошлом заседании.
Также она ходатайствовала о приобщении к материалам дела своего адвокатского запроса от 28 апреля 2026 года, который Ахметова направляла в Управление КПСиСУ ГП РК по Карагандинской области.
В нём адвокат просила предоставить ей данные по 62-му уголовному делу (по словам Ахметовой, ранее оно было в производстве местного департамента полиции, затем было прекращено Генпрокуратурой и передано для расследования Агентству РК по финансовому мониторингу – АФМ).
Вместе с ним адвокат просит приобщить и ответ на этот запрос от 19 мая 2026 года, в котором уже Департамент КПСиСУ ГП РК по городу Астана сообщает, что 3 апреля 2026 года 62-е дело было выделено из 63-го (с которым ранее оно было соединено), которое находится у суда на рассмотрении. Также в нём сообщается, что 3 апреля было вынесено постановление о прерывании срока досудебного расследования по статье 45 части 7 пункта 1 УК РК, 10 апреля оно было согласовано прокуратурой.
Ахметова сообщила, что в самом постановлении о прерывании срока, копию которого ей выдал также по другому её запросу следователь, датой значится 6 апреля. Именно расхождение в датах, а также причина прерывания ("неустановление лица, совершившего правонарушение" или "вреда, причинённого лицу") и отсутствие графы "согласовано с прокурором" в копии от следователя и вызвали вопросы у защиты. Но, что самое главное, именно из 62-го уголовного дела взята экспертиза, которая легла в основу обвинения Сергея Кима. К слову, сама экспертиза уже есть в материалах рассматриваемого дела. Поэтому защита попросила суд оказать содействие в получении постановлений.
"Адвокат имеет в виду постановление – на основании чего, как развивались события. Дело, прекращённое в 2019 или 2020 году – оттуда орган досудебного расследования, Агентство по финмониторингу, взяла экспертизу, которая легла в основе, в основу обвинения меня.
Более того, там сумма ущерба копейка в копейку совпадает с соотношением, которое написала компания Qarmet. То есть цифры, ну, нельзя миллиарды сопоставить вплоть до копеек. Эти суммы, видно, что из того дела взяты. Вот адвокат хочет понять, что стало с тем делом, оно было прекращено, во-первых, по реабилитирующим основаниям в отношении меня.
А потом следователь своим постановлением приобщал, выделял и так далее. Там нужно постановление, которое то третьей даты, то шестой. Одна и та же бумага разными датами", – уточнил Ким.
Участники процесса не стали возражать. В то же время прокурор рекомендовал обратиться за постановлениями к органу досудебного расследования. Судья Данияр Жусупов постановил приобщить к материалам дела запросы и ответы на них, а ходатайство в части оказания содействия в получении постановлений с разными датами оставил открытым, отметив, что к нему вернутся после текущего исследования.
Что Qarmet представил суду
В свою очередь, представитель потерпевшей стороны ходатайствовал о приобщении к материалам дела ряда документов, отдельные из которых, по его словам, ранее потребовала сторона защиты.
Постановление судебной коллегии Карагандинского областного суда от 28 ноября 2024 года по гражданскому делу, которым было отменено решение СМЭС Карагандинской области от 21 декабря 2023 года. Решением СМЭС, в свою очередь, был удовлетворён иск АСД к АМТ о понуждении вернуть имущество в виде граншлака, шлака металлургического, щебня и отходов чёрных металлов (ОЧМ) для вторичной переработки.
Письмо АМТ от 5 июля 2018 года с исходящим номером 1642, направленное в адрес АСД. В этом письме, по словам представителя Qarmet, говорится о необходимости возврата значительного объёма железосодержащих отходов, присутствующих в составе непереработанного шлака, которые были реализованы сторонним организациям. Это письмо было подписано замдиректора по производству и финансовым директором.
Представитель Qarmet отметил, что по тексту письма действительно видно, что был выявлен факт переработки "АлбаСтройДором" значительного объёма железосодержащих отходов с их последующей реализацией сторонним покупателям.
"Однако, руководствуясь пунктом 3 приложения 1 Договора, коммерческой реализации в рамках договора подлежали только готовые изделия, которые, согласно определению, данному в пункте 1.1 договора, включают в себя только гранулированный шлак доменного цеха и щебень. Учитывая вышеизложенное, начиная с момента получения АСД настоящего письма, все железосодержащие отходы, присутствующие в составе непереработанного шлака из доменного цеха АМТ, должны возвращаться в полном объёме", – отметил представитель Qarmet.
Также он обратил внимание на соглашение об урегулировании требований между АСД и АМТ от 18 мая, которое уже есть в материалах дела. В данном соглашении, в подпункте D пункта 1.2, сторонами ранее уже было определено, что "принимая во внимание требование АМТ, стороны признают право собственности АМТ на ОЧМ, извлечённые и переработанные из исходной продукции АМТ, поставляемой на ШПУ в рамках договора в течение срока действия".
- Бухгалтерская справка о себестоимости скрапа доменного, которую запрашивала сторона защиты. В бухгалтерских документах скрап обозначается как "ОЗМ 102 9167". В 2016 году себестоимость составляла 9 180 тенге, в 2017–2018 годах – 10 778 тенге.
- Техническое обоснование сопоставления чугунного лома (доменный присад) и привозного лома в условиях конвертерной плавки при производстве стали АО "Qarmet" (бывший АМТ). В этом обосновании говорится, что чугунный лом (доменный присад) и привозной лом (покупной металлолом), который Qarmet постоянно покупает, являются сопоставимыми видами металлического сырья для использования в конвертерной плавке, поскольку выполняют аналогичную функцию, то есть служат источником металлического железа в составе шихты.
- Письмо начальника сектора информационно-технологической обработки службы по информационным технологиям о том, что в системе САП, которая используется на металлургическом комбинате, доменный скрап обозначается, как уже говорилось выше, "ОЗМ 102 9167" (ОЗМ – основная запись материала). Другой ОЗМ, относящейся к доменному присаду или чугуну кусковому, в системе САП нет.
- Письмо заместителя начальника отдела по использованию вторичных материалов службы технологии и качества по вопросу разрешительных документов на сбор, переработку и реализацию лома. Этим документом Qarmet отвечает на вопрос стороны защиты о том, имелась ли лицензия у комбината в 2016–2018 годах (когда, по версии следствия, якобы совершались хищения Кимом).
Согласно ответу, в тот период коммерческое лицензирование – выдача лицензии на сбор, переработку и реализацию лома для сторонних организаций – было упразднено. Вместо него действовал уведомительный порядок, а субъекты были обязаны направлять уведомления о начале деятельности в местные исполнительные органы.
А металлургические комбинаты, принимающие и перерабатывающие лом исключительно в качестве сырья для доменных и конвертерных цехов, а также списывающие собственное имущество на лом, освобождались даже от уведомительного порядка как специализированные заготовительные организации. Предприятие просто принимало лом чёрных металлов от сертифицированных поставщиков строго в качестве технологического сырья.
После оглашения документов представителем потерпевшей стороны Сергей Ким сообщил, что обнаружил несоответствия, и попросил документы для ознакомления. Судья удовлетворил его просьбу.
Как стороны трактуют соглашение об отходах
В свою очередь адвокат Кима Бахыт Ахметова попросила обратить внимание на соглашение об урегулировании требований между АМТ и АСД от 18 мая 2021 года. В соглашении сказано, что "стороны признают и не оспаривают право собственности АМТ на ОЧМ, извлечённые и переработанные АСД из исходной продукции АМТ, поставляемой на ШПУ в рамках договоров в течение срока их действия, находящиеся на территории ШПУ на момент подписания настоящего соглашения".
"Но следом идёт самая главная фраза: "Стороны согласовали и безоговорочно подтверждают, что после подписания настоящего соглашения указанные в настоящем подпункте ОЧМ являются собственностью АМТ и остаются на территории ШПУ". То есть только те отходы чёрных металлов, которые после подписания этого соглашения, то есть после 18 мая 2021 года остаются на территории ШПУ, только они переходят к АМТ. Но никоим образом не те, которые были ранее переработаны, ну или которые реализовывались "АлбаСтройДором" в рамках договора", – сказала Ахметова.
Ким добавил, что, подписывая это соглашение, стороны как раз и урегулировали право собственности на продукцию, которую АСД оставила на территории АМТ после прекращения контрактов. А это 80 000 тонн скрапа. И после того, как компания АМТ не дала АСД вывезти по этому соглашению граншлак и щебень, АСД через суд расторгла это соглашение. АМТ оспаривала это решение вплоть до Верховного суда, однако все инстанции оставили без изменений решение первой.
Почему защита оспаривает сумму ущерба
Далее Ким обратил внимание на разницу в стоимости. В бухгалтерской справке указана средняя стоимость по трём наименованиям: доменный скрап, чугун передельный твёрдый и металлолом покупной.
В ходе допроса потерпевшей стороны стало известно, что металлургический комбинат закупает металлолом в качестве сырья для выплавки стали. По словам Кима, получается, что металлолом закупался дороже (в 2018 году – 91 000 тенге), чем конечный продукт, выпускаемый доменным цехом, – в 2018 году цена составляла 74 424 тенге.
"Соответственно, не может никак быть негабаритный доменный присад тем же самым материалом, как металлический лом, который они закупают. Ну, очень большая разница в цене, Ваша честь, для себестоимости, когда они экономят и рассказывают на сегодняшний день, что они в режиме экономии для того, чтобы удешевить себестоимость. Это противоречит тем документам, которые предоставлены суду на сегодняшний день", – сказал подсудимый.
Затем он в очередной раз напомнил, что в САПе есть только доменный скрап.
"Там нет негабаритного доменного скрапа, нет лома чугуна и так далее, и тому подобное. Следовательно, то, о чём мы говорим, я это говорил на допросе потерпевшего изначально – у нас возникал только скрап, только доменный скрап, которые мы процессом переработки потом превращали в негабаритный доменный присад и в другие материалы. Так вот, стоимость составляет в 2016 году – 9 180, согласно справке, приложенной главбухом, на 18-й год – 10 700 тенге.
Даже если посчитать по максимальной стоимости, ваша честь, 10 700 тенге и говорить о том, чего я не делал, что я действительно это похитил, то 30 000 тонн надо умножить на 10 тысяч тенге – итого 300 миллионов. Ну, это вот, если говорить, соглашаться с позицией потерпевшей стороны по обвинению.
Математически это говорит о том, что все эти цифры подтасованы. То есть было взято уголовное дело заключение Есетовой нелегитимное, потому что есть ответы Минюста. Из того уголовного дела был взят ущерб, якобы нанесённый компании АМТ. Цифры бухгалтерии не бьют стоимость скрапов, которые они предоставляют, не бьют с количеством, которое они заявляют", – сообщил Ким.
После этого все документы по ходатайству представителя потерпевшей стороны были приобщены.
Адвокат Бахыт Ахметова попросила судью истребовать у потерпевшей стороны письмо от АФМ (с предложением рассмотреть, имело ли место хищение со стороны "АлбаСтройДор"), после которого от Qarmet и было подано заявление о хищении, и приобщить его к материалам дела. Представитель Qarmet обязался предоставить этот документ.
Пропажа бриллиантов?
Далее участники процесса продолжили исследование материалов дела. Адвокат Ахметова попросила предоставить для ознакомления опись № 119 документов на 6 листах, "представленных для легализации имущества в территориальных подразделениях Комитета госдоходов Министерства финансов Республики Казахстан", изъятых в качестве вещдоков.
Она сообщила, что во время обыска были изъяты фамильные ювелирные изделия, которые были приобретены за много лет до охватываемого расследованием периода.
По словам Ахметовой, старинность этих изделий подтверждается фотографиями, тем не менее орган досудебного расследования эти изделия не стал возвращать, и они находятся в числе вещдоков. А с одного браслета, по словам стороны защиты, пропала примерно половина бриллиантов. Видеозапись изъятия вещдоков в материалах дела представлена не полностью, на что сторона защиты также попросила обратить внимание суда.
Ким заявил о нарушениях при расследовании
Сергей Ким также указал на отдельные нарушения в ходе следственных действий как с ним, так и с отдельными свидетелями. Например, однажды его держали в здании АФМ более 9 часов.
Кроме того, по его словам, следствие "намерено везде" приписывает ему брак с гражданкой, которая на самом деле супругой Киму не приходится.
"Владелица актива, который сейчас, по моему предположению, пытаются рейдерским способом получить (…) Мы к этому тоже вернёмся в процессе", – сказал Ким.
Как и на предыдущем заседании, по мере исследования материалов дела подсудимый снова обратил внимание судьи на то, что ему пытаются приписать участие в сомнительных финансовых операциях.
"Я понимаю, о чём вёл речь следователь. Они хотели мне отменить выписку счетов-фактур фиктивных и так далее, и тому подобное. Но я производственник, я бизнесмен, я никогда не занимался махинациями такими вот, такого рода деятельностью. Они просто привыкли расследовать в этой плоскости, и все вопросы направлены на это. Так вот, у этих компаний. ГлобалСпецТорг и ЦентрОптСнаб никогда не было контрагентов из этого списка", – заявил Ким.
На этом заседании он несколько раз упомянул уже звучавшие ранее фамилии Лисицина (экс-коммерческого директора ТОО "АлбаСтройДор") и Масимова, по инициативе которых ранее возбуждались уголовные дела в отношении Кима.
А адвокат Бахыт Ахметова во время исследования материалов 16-го тома выступила с опровержением показаний свидетеля Габриэль, сообщившей следствию, что Сергей Ким подарил ей автомобиль BMW X7. Ахметова заявила, что на самом деле внедорожник был оплачен с личного счёта самой Габриэль, и добавила, что на следующем заседании может предоставить подтверждающие это документы.
"И показания давать она в силу своего состояния вообще не могла. Как только её приглашают куда-либо, даже к врачу она идёт, у неё начинается паническая атака. То есть, даже просто отдать автомобиль – мы два с половиной часа его отдавали. (…) То есть, это говорит о том, что всё, что говорила данный свидетель, показания вообще нельзя принимать во внимание. Вот сам факт того, что она, приобретала, и это не было подарком моего подзащитного. Она сама со своего счёта перечислила денежные средства, сама заключала договор", – сказала Ахметова.
Чугун или скрап и почему это важно для дела
Ким, в свою очередь, комментируя по ходу заседания материалы дела, вновь неоднократно высказывался по поводу того, что он не мог похитить чугун. На тот момент такую продукцию в Казахстане (чугун литейный или чугун передельный) производили только 2 предприятия: АМТ и ТОО "Текелийский горно-перерабатывающий комбинат".
"Материал, о котором следователь пишет в каждом постановлении своём в описательной части, что я похитил чугун, в кавычках пишет – негабаритный доменный присад, чугун кусковой и ещё там что-то. Да, составляющие есть, но это не чугун в готовом виде, Ваша честь. И эта справка говорит о том, что чугун действительно никто не производил, кроме этих компаний", – заявил Ким.
Позже он еще раз обратил внимание суда на следующий факт:
"Следователь Мугалов пишет: установлено, что Ким, являясь директором ТОО "АлбаСтройДор" в период с 15-го по 16-й, совершил тайное хищение чугуна, опять в скобках – негабаритный доменный присад 26А, чугун кусковой. Ещё раз обращаю ваше внимание, что согласно документам, которые вы приобщили по ходатайству потерпевшего, в САП, то есть в бухгалтерии, на учёте нет этих материалов, ни чугуна кускового, ни негабаритного доменного присада. Следовательно, совершить хищение того, чего нет, невозможно".
В связи с этим судья спросил у представителя потерпевшей стороны, почему заявление было подано не с такими терминами, как в САПе.
"Я так полагаю, что это сопоставимые вещи. По сути, плюс-минус синонимы, если так условно говорить. Все это вот как говорили до этого свидетели, это отходы чёрных металлов и больше как бы отходы для вторичного сырья", – ответил представитель Qarmet.
В свою очередь Ким снова заметил, что это всё-таки "разные вещи" и это подтвердит любой эксперт.
Затем адвокат Бахыт Ахметова обратила внимание участников на то, что именно представитель Qarmet, присутствующий на заседании, "заполнял бланк о привлечении к уголовной ответственности моего подзащитного".
"Вот вы здесь указываете: "В результате общий объём незаконного вывезенного негабаритного доменного присада 26А, кускового чугуна составила 31 852,42 тонн при рыночной стоимости 60 000 тенге… Ну то есть это вы пишете заявление", – сказала Ахметова.
Представитель Qarmet промолчал, и слово взял Ким.
"Я объясню, как это получилось. Это опять же пресловутое уголовное дело № 62, где корпоративный спор учредителей с попыткой рейдерского захвата предприятия, потому что впоследствии была дана оценка судом о незаконной смене исполнительного органа, то есть меня на другого человека. И суд восстановил потом всё это в правах. Предприятие бездействовало где-то два или три месяца, не могло ни оплатить налоги, ни перечислить деньги поставщикам там и так далее.
Это всё есть в гражданских процессах, это есть у наших юристов. И вот эта вот фабула из отношений, она взята именно из материалов уголовного дела, где Лисицын, Масимов и Нургазиев – те учредители – пытались поменять исполнительные органы, установить контроль над предприятием. Но сделать это с 47% голосов, ну, нереально, потому что есть Устав, на основании которого товарищество с ограниченной ответственностью работает.
И более того, если брать предысторию, которую орган досудебного преследования расписывает, да, что Ким это предприятие купил, оформил, а потом там пошли дарения процентов туда-сюда и так далее. Но это уже отдельно, сейчас не в рамках этого заседания, просто ещё хочу обратить внимание на страницу 1 в томе 17, где следователь Мугалов, я, по-моему, не знаком с этим человеком, пишет: "Указанные документы о поставке носили мнимый характер и были направлены на сокрытие действительного источника происхождения товара".
Ваша честь, хочу обратить ваше внимание, что следователь органа досудебного расследования своими оценками противоречит существующим решениям суда вплоть до Верховного, где эти сделки не признаны ни мнимыми, ни недействительными", – высказался Ким.
Он добавил, что в ходе досудебного расследования его несвоевременно знакомили с отдельными материалами, а с какими-то и вовсе не знакомили.
"Если бы своевременно, согласно Уголовно-процессуальному кодексу, меня бы ознакомили, то вопросы как раз, которые надо было поставить специалистам, они были поставлены корректно и правильно, с учётом производственного опыта работы и ведения бизнеса, который отсутствует, к сожалению, у следователя. На протоколе допроса потерпевшего написано, что отказался от ознакомления Ким. Ну, то есть, это дело, которое лепилось вот так вот", – сообщил подсудимый.
На заседании 2 октября участники процесса успели исследовать 3 из 22 томов с материалами уголовного дела. Напомним, на предыдущем заседании – 14 томов. Таким образом, в ходе дополнительного судебного следствия осталось исследовать ещё пять томов. Следующее заседание назначено на 12 октября.