На прошлой неделе президент Кыргызстана Садыр Жапаров дал старт строительству трёх гидроэлектростанций в Джалал-Абадской области. Подробнее – в материале Cronos.Asia.
Как Кыргызстан догоняет растущий спрос на электроэнергию
Ранее Cronos.Asia писал о Камбаратинской ГЭС-1, гидроэнергетическом объекте который считается одной из важнейших стратегических строек для всего региона.
Теперь речь идет о новом каскаде ГЭС в Кыргызстане, который имеет второе название – Казарманский, уже называют одним из самых амбициозных энергетических проектов в суверенной истории страны. Открывая стройку, президент Жапаров отметил, что если в 2020 году Кыргызстан в отопительный сезон импортировал около 3 млрд кВт/ч электроэнергии, то сегодня этот показатель вырос до 4 млрд кВт/ч.
Несмотря на строительство новых электростанций (около полусотни средних и малых ГЭС за последние годы), электроэнергия в Кыргызстане всё ещё дефицитна.
«За последние три года мы ежегодно вводим в эксплуатацию сотни заводов и фабрик, – объяснил президент КР причину энергодефицита. – И ещё в пять раз больше строится социальных объектов. Всё это требует электроэнергии. Поэтому мы не успеваем догонять дефицит. Мы планируем завершить строительство каскада Казарманских ГЭС в 2031 году. Если эти ГЭС будут построены, если будет завершена ГЭС «Камбар-Ата-1», то мы станем страной, экспортирующей электроэнергию и обеспечивающей электроэнергией соседние страны».
Казарманский каскад будет состоять из трёх ГЭС: «Ала-Буга», «Кара-Булун-1» и «Кара-Булун-2» – общей установленной мощностью 912 МВт. По проекту, среднегодовая выработка каскадом электроэнергии должна превысить 3,75 млрд кВт/ч. Стоит этот проект $3 млрд, а финансирование будет идти на основе инвестиционного соглашения с ОАО Orta Asya Investment Holding. Министерство энергетики КР и Orta Asya Investment Holding подписали соответствующее соглашение в августе прошлого года.
Главный акционер в этом обществе – турецкий многопрофильный конгломерат Ihlas Holding. Кроме того, турки привлекли в качестве подрядчиков китайскую компанию PowerChina International Group и казахстанскую SemArco LLP. Последняя до сих пор была известна участием в строительстве морских сооружений для казахстанского нефтяного месторождения Кашаган и инфраструктурным строительством в порту Актау.
В Минэнерго КР Cronos.Asia сообщили, что каскад Казарманских ГЭС строится по модели «построй-эксплуатируй-передай». Это подразумевает привлечение исключительно частных инвестиций без использования денег госбюджета Кыргызстана.
При этом КР, со своей стороны, предоставляет государственные гарантии, а также налоговые и таможенные льготы и гарантирует выкуп выработанной электроэнергии по валютному тарифу в течение ближайших 20 лет. После этого все три ГЭС перейдут в собственность Кыргызстана.
Учтены ли риски строительства?
В глобальном же плане, как ожидается, каскад Казарманских ГЭС и ещё один турецкий проект в КР – гидростанция «Кокомерен» станут частью энергокоридоров, которые соединят Китай, Пакистан, Казахстан и Узбекистан.
Кроме того, они призваны обеспечить электроэнергией два коридора – Зангезурский коридор и «Средний», а также инициативу «Пояс и путь». Этим, видимо, и объясняется участие в строительстве Казарманского каскада китайской и казахстанской компаний...
Однако проекты этих и других ГЭС могут столкнуться с рисками разного свойства. Два года назад председатель Ассоциации малых ГЭС КР Эльвира Боромбаева на региональном форуме «Зелёная экономика-2024: Зеленый путь развития ЦА 2024» сообщила, что на реке Нарын можно построить 7 каскадов, включающих 27 ГЭС общей мощностью 5600 МВт. Сейчас на самом Нарыне действуют 6 ГЭС:
Токтогульская (1440 МВт);
Курпсайская (800 МВт);
Таш-Комурская (450 МВт);
Шамалды-Сайская (240 МВт);
Уч-Курганская (198 МВт);
«Камбар-Ата – 2» (120 МВт);
При этом считается, что износ оборудования на них превышает 60%. Кроме того, на стадии пересмотра инвесторов в КР находится Верхне-Нарынский каскад из 4 ГЭС.
Заполнение водохранилищ, если все проекты ГЭС в КР будут выполнены, приведёт к ещё большей зарегулированности стока Нарына. Это создаст риски не только водным ресурсам ниже по течению, но и биоразнообразию. Вдобавок ко всему, Тогуз-Тороуский район Джалал-Абадской области, где строится Казарманский каскад, находится в зоне высокой сейсмической активности. А значит, проектирование плотин должно идти с соблюдением (и применением) высочайших стандартов сейсмостойкости, что может в перспективе сделать проект Казарманского каскада ещё более дорогим, чем планировалось в начале.
Но наиболее актуальным сегодня остается вопрос заполняемости водохранилищ и выработка электроэнергии, которые сильно зависят от объёмов ледникового стока и сезонных колебаний уровня воды в Нарыне. Потому что сколько ещё в регионе продлится маловодье, не знает никто. Равно как и то, когда прекратится интенсивное таяние ледников, как одного из важных источников воды в Центральной Азии.
И это – не говоря уже о том, что возврат денег турецкому инвестору даёт нагрузку не только на тарифную политику, но и на энергосистему Кыргызстана. Поэтому главный вопрос стоит так: учли ли турецкие инвесторы, а также их подрядчики и власти Кыргызстана все вышеперечисленные риски?