В стране до сих пор отсутствуют научные работы, способные установить, насколько окружающая среда, в том числе радиационный фон, способствует росту онкозаболеваний.
С учетом глобального потепления, усиливающего миграцию загрязнителей по воде, земле и воздуху, эта проблема приобретает особую остроту.
Урановое наследие Таджикистана
Развитие урановой отрасли в Таджикистане пришлось на вторую половину 1940-х, когда СССР ускоренно наращивал атомный потенциал. В северных районах обнаружили залежи урановой руды, что привело к созданию шахт, обогатительных фабрик и новых промышленных поселков.
Основой стал Ленинабадский горно-химический комбинат в Чкаловске (сейчас Бустон), куда свозили руду из Таджикистана и других частей Союза.
Переработка оставляла гигантские массы хвостов – отходов с радионуклидами, которые десятилетиями хранились в специальных картах.
После советского распада добыча остановилась, но хранилища уцелели как часть регионального уранового наследия Центральной Азии.
Минпром Таджикистана сообщает: за 1945–1993 годы накоплено свыше 55 млн тонн радиоактивных отходов на 10 объектах площадью 170+ га, преимущественно в Согде.
Самое крупное – Дегмайское хвостохранилище в 10 км от Худжанда с 36 млн тонн отходов. Другие расположены в Истиклоле (бывш. Табошар), Адрасмане, Бустоне и Гафурове.
Ключевой риск – близость к селам, фермам и водоемам; при строительстве игнорировали угрозы оползней, наводнений и сейсмики.
Рекультивация стартовала недавно: в Табошаре с помощью «Росатома» обработали 17,5% объема, сократив загрязнение. Полная очистка потребует свыше 100 млн евро.
Оценка рисков
Хвостохранилища изучали неоднократно, но прямой связи с народным здоровьем в Таджикистане не анализировали.
Такие проекты требуют многолетних наблюдений и больших вложений для надежных выводов.
Онкология и хвосты
Медицинские данные фиксируют: неинфекционные болезни вызывают 77% смертей в Таджикистане – лидируют сердечно-сосудистые, за ними онкология, диабет, респираторные патологии.
На 2023 год зарегистрировано 20,5+ тыс. онкопациентов, 43,5% – из Согда. 72% – трудоспособный возраст, сельские жители преобладают, женщины – почти 2/3.
Чаще всего выявляют рак молочной железы, шейки матки, лимфомы, кожи и желудка.
В худжандском онкоцентре подчеркивают: цифры зависят от диагностики, без единой базы данных картина искажена.
«Худжанд лидирует, за ним Гафуровский район. Но это отражает доступ к врачам; многие лечатся за границей», – говорит директор Бахтиер Орифи.
Он отрицает прямую корреляцию с хвостами: добывающие районы вроде Табошара (10–12 место) и Дегмая не в лидерах. Рак провоцируют высокие дозы, а фон здесь умеренный.
Основные причины – питание, труд, инфекции (ВПЧ для шейки матки), солнце для кожи, поздняя диагностика.
Сельский фактор: аграрный уклад, работа под открытым небом усиливает UV-риски.
Без радиационно-гигиенического мониторинга (дозиметры, спектрометры, эксперты) оценка невозможна – он выявит угрозы для дыхания (воздух), почек (вода), накопления в еде (почва-растения-мясо).
Климатический фактор
Даже без полной ясности климат меняет расклад: по МАГАТЭ, дожди/наводнения вымывают радионуклиды и металлы в водоносные горизонты, оползни в горах разрушают дамбы.
Засухи поднимают пыль на ветер, разнося ее далеко. Объекты вроде Табошара и Дегмая в зоне риска; Минпром включил их в план МАГАТЭ как приоритетные.