Алматы – крупнейший мегаполис страны – может усилить своё политическое влияние на фоне парламентской реформы в Казахстане. Событие, о котором так много говорили, – запущено: президент объявил сроки выборов в однопалатный Курултай. Что изменит парламентская реформа в Казахстане, Cronos.Asia рассказал депутат парламента Олжас Куспеков.
– На ваш взгляд, парламентская реформа в Казахстане – это новая политическая реальность или новая упаковка старой модели? И почему?
– Принимая новую парламентскую реформу, важно опираться на ее исторические истоки. В традиции степной государственности Курултай был высшей формой народного собрания, где обсуждались и принимались ключевые решения, определявшие развитие общества. Именно эта историческая основа сегодня получает институциональное продолжение: однопалатный парламент будет носить название «Курултай». Это подчеркивает связь между традиционными формами общественного участия и современной системой представительной власти.
Парламентская реформа в Казахстане – это не просто новая интерпретация прежней модели, а формирование новой политической реальности при сохранении институциональной преемственности. Речь идет не о косметических изменениях, а о системной трансформации роли представительных органов. В условиях цифровизации, усложнения экономических процессов и роста общественных ожиданий усиливается запрос на оперативность решений, прозрачность процедур и реальную подотчетность власти.
Четыре пакета политических реформ 2019–2021 годов и конституционные изменения 2022 года уже заложили основу для повышения открытости, подотчётности и эффективности государственного управления. Были существенно усилены полномочия Парламента, расширены механизмы контроля и повышена роль общественного диалога. В этом контексте переход к однопалатной парламентской модели стал логическим продолжением курса на политическую модернизацию, инициированного Касым-Жомартом Токаевым.
– Что реально изменит парламентская реформа в Казахстане?
– Она приведет к системному изменению логики работы представительной власти – от более сложной и многоуровневой модели к компактной, оперативной и технологичной. Важно отметить, что текущие преобразования происходят на знаковом этапе: в этом году парламенту Казахстана исполняется 30 лет. С момента первой сессии в 1996 году была сформирована современная система представительной демократии. И сегодняшний этап – это не просто продолжение, а рубеж, совпавший с новым циклом политической модернизации.
Исторический опыт показывает, что в развитии государственности всегда возникают поворотные моменты, которые определяют дальнейшую траекторию страны. В этом контексте инициатива президента о переходе к однопалатному парламенту можно рассматривать как один из таких трансформирующих факторов – шаг, способный задать новую институциональную реальность.
С практической точки зрения реформа направлена на повышение эффективности. Однопалатная модель устраняет дублирующие процедуры, ускоряет прохождение законопроектов и позволяет государству быстрее реагировать на вызовы. Одновременно снижаются административные издержки, что делает систему более рациональной.
При этом упразднение второй палаты сопровождается усилением внутренних механизмов качества. Ключевая нагрузка смещается в профильные комитеты, где сосредоточится экспертная работа, анализ последствий и оценка рисков. Усиливаются инструменты парламентского контроля – запросы, отчетность правительства, открытые слушания. Дополнительным элементом баланса выступает конституционная юстиция, обеспечивающая соответствие законов базовым принципам государства.
Для граждан это означает более быстрые и понятные решения, а также новый уровень открытости. Важно и то, что Казахстан опирается на проверенный международный опыт. Однопалатные парламенты успешно функционируют в ряде государств и демонстрируют эффективность при условии сильных институтов контроля и развитой политической культуры. Таким образом, речь идет не о точечной реформе, а о следующем этапе политической трансформации.
– Усилит ли реформа голос крупных городов, таких как Алматы? Если да, то каким образом?
– Парламентская реформа не ставит прямой целью усиление крупных городов, однако ее институциональная логика может привести к росту их политического влияния.
Во-первых, переход к однопалатному парламенту предполагает упразднение сената, который в действующей системе выполняет функцию территориального баланса между регионами. В результате центр принятия решений концентрируется в одной палате, и возрастает значение численности электората.
Это объективно усиливает роль крупных городов – Алматы, Астаны, Шымкента и других агломераций, где сосредоточена значительная часть населения страны.
Во-вторых, усиление пропорциональной системы и партийных списков повышает роль политических партий в формировании парламента. В таких условиях партии ориентируются прежде всего на электорально активные и численно значимые территории, к которым относятся крупные города, формирующие существенную долю голосов и общественного запроса.
В-третьих, крупные города концентрируют экономическую активность, человеческий капитал и экспертную среду. Поэтому их влияние усиливается через парламентские механизмы – общественные слушания, экспертные обсуждения, партийные структуры и гражданские инициативы, которые в городах традиционно более развиты.
При этом важно подчеркнуть, что речь не идет о формальном перераспределении преимуществ в пользу городов. Это структурный эффект изменения модели представительства, при котором баланс интересов регионов должен обеспечиваться уже внутри обновленной парламентской и партийной системы.
– Позволят ли данные изменения проще доносить проблемы Алматы до центра?
– Да, в определенной это степени упростит, но не автоматически. Сегодня инициативы проходят двухпалатный процесс. При переходе к однопалатной модели этот этап исключается, и законодательный процесс становится более прямым и быстрым. Также меняется логика представительства: вместо территориального баланса через сенат усиливается партийное представительство.
Это делает городскую повестку – транспорт, экология, инфраструктура мегаполисов – более заметной на уровне общенациональных решений. В итоге путь от проблем мегаполиса до центра становится короче за счет сокращения институциональных этапов и перехода к одноуровневому принятию решений.
– Может ли реформа привести к появлению более сильных депутатов «от города-региона», а не просто партийных фигур?
– В целом я против обесценивания работы любого созыва парламента, поскольку каждый его состав формируется на конкурентной основе из большого числа кандидатов и включает людей с различным профессиональным опытом и экспертностью. В этом контексте важно подчеркнуть, что с каждым новым созывом естественно ожидание повышения качества и профессионального уровня депутатского корпуса. Однако это вопрос, который определяется не оценочными суждениями, а выбором граждан и итогами электорального процесса.
При этом реформа может создать дополнительные условия для формирования более сильного состава депутатов, но не гарантирует этого автоматически. В условиях усиления пропорциональной модели и партийного представительства возрастает роль качественного отбора внутри партий, а также значение регионов и городов с высокой электоральной и общественной активностью.
В этой связи ключевым является запрос на то, чтобы в представительной власти работали люди, которые одновременно понимают государственную политику и глубоко ориентируются в социально-экономических реалиях страны и потребностях граждан на уровне регионов и городов.
– Почему вопросы экологии, смога и застройки Алматы редко становятся центральной парламентской темой? Или это не так?
– Вопросы экологии, смога и застройки Алматы нельзя сказать, что они отсутствуют в парламентской повестке, однако они чаще рассматриваются не как отдельная «городская тема», а в рамках более широких направлений – экология, градостроительная политика, транспортная инфраструктура и качество окружающей среды.
Парламент, как правило, работает с системными вопросами, которые охватывают всю страну, поэтому городские проблемы интегрируются в общенациональные законопроекты и обсуждения. Например, экологическое регулирование, нормы выбросов, строительные стандарты и вопросы урбанистики рассматриваются на уровне профильных комитетов и в рамках законодательных инициатив правительства и депутатов.
При этом вопросы Алматы действительно имеют высокий общественный резонанс и регулярно поднимаются через депутатские запросы, общественные слушания и взаимодействие с правительством.
Но парламентская система устроена так, что не все региональные проблемы становятся «центральной темой заседаний» – они чаще влияют на конкретные нормы и решения внутри законопроектов.
– Что, на ваш взгляд, реально изменит парламентская реформа в Казахстане? И что для этого необходимо сделать?
– Парламентская реформа потенциально может изменить три основных направления.
Во-первых, архитектуру принятия решений. Переход к однопалатной модели может ускорить законодательный процесс и повысить его согласованность. Однако одновременно возрастает ответственность за качество принимаемых решений, поскольку исчезает механизм взаимного сдерживания палат.
Во-вторых, систему политического представительства. Формирование депутатского корпуса по партийным спискам по единому округу усиливает роль политических партий и их программной конкуренции. В то же время это требует высокого уровня развития партийной системы, внутренней демократии и доверия со стороны общества.
В-третьих, баланс институтов власти и механизм общественного контроля. Любые изменения, затрагивающие статус новых органов, распределение полномочий, вопросы прав и свобод, неизбежно повлияют на общую систему сдержек и противовесов. В этой части ключевым фактором станет практическая реализация конституционных норм и их интерпретация в правоприменении.
Для того чтобы реформа действительно дала ожидаемый эффект, необходим ряд условий. Прежде всего – максимальная прозрачность всех этапов внедрения и широкое общественное обсуждение, чтобы обеспечить легитимность изменений. Далее – укрепление институциональных гарантий: независимость судебной системы, предсказуемость законодательства и устойчивость правоприменительной практики.
Важно также развитие политической конкуренции и партийной институционализации, без которых любая парламентская модель не сможет полноценно работать. И, наконец, принципиальное значение имеет сохранение баланса между эффективностью государственного управления и гарантиями прав и свобод граждан, поскольку именно этот баланс определяет устойчивость всей политической системы.