Возможная встреча Владимира Путина, Дональда Трампа и Си Цзиньпина в Шэньчжэне может оказаться значимой далеко за пределами украинского урегулирования. Саммит ещё не согласован, но предложенный формат уже ставит вопрос о том, какую роль в определении мировых правил будут играть крупнейшие державы, европейские страны и ООН.
По сообщению газеты The Wall Street Journal, которая ссылается на свои источники, президент России Владимир Путин предложил главе Белого дома Дональду Трампу и председателю КНР Си Цзиньпину встретиться для обсуждения урегулирования украинского конфликта.
Ранее российская сторона не исключала проведения трёхсторонней встречи на полях саммита Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества (АТЭС), который намечен на 18-19 ноябре текущего года. Таким образом, то, на что надеялись одни аналитики и чего опасались другие, может получить практическое воплощение. Однако говорить о согласованном саммите пока преждевременно.
Если встреча состоится, то в Шэньчжэне соберутся лидеры крупнейших ядерных и военных держав, входящих также в четвёрку крупнейших экономик мира по ВВП, рассчитанному по паритету покупательной способности.
Безусловно, большинство наблюдателей сразу увидело в этом знаковое событие, наводящее на известные исторические параллели. Речь идёт о Тегеранской конференции 1943 года с участием лидеров СССР, США и Великобритании, на которой будущие страны-победители обсуждали послевоенное устройство мира, хотя до окончания войны оставалось почти два года.
Без всякого сомнения, проведение трёхстороннего саммита могло бы стать дипломатическим успехом Пекина, Вашингтона и Москвы. Примечательно, что местом проведения новой "тройки" вновь может стать Евразийский континент. Единственное отличие – состав участников. В предлагаемом формате не предусмотрено участие представителей Европы, которая продолжает терять свои позиции в современной системе международных отношений.
Это усиливает впечатление, что Европа теряет позиции в современной системе международных отношений. Не участвует в нём и Япония, когда-то вторая экономика мира по номинальному ВВП. Даже если трёхсторонние переговоры на родине Си Цзиньпина не завершатся официальными договорённостями, сам факт подобной встречи может внушить одним лидерам надежду и означать для других крах их ожиданий.
Следует напомнить, что прошлогодний американо-российский саммит проходил на Аляске, достаточно далеко от Европы. Последняя встреча Дональда Трампа и Си Цзиньпина состоялась в Вашингтоне. На фоне визита обострился конфликт Трампа с рядом американских СМИ по поводу доступа к мероприятиям Белого дома. При этом ограничение доступа журналистов само по себе не означает отсутствия утечек информации.
А тем временем приехавшие на очередную сессию Генеральной Ассамблеи ООН лидеры Европы, Азии и Америки упражнялись в Нью-Йорке в красноречии. Содержание их выступлений в последующие годы, возможно, не вспомнят даже профессионалы.
О чём именно будут говорить трое лидеров, если встреча состоится, мы возможно никогда не узнаем. Время обнародовать какие-либо договорённости глобального масштаба ещё не пришло. Но они будут. Иначе зачем встречаться в подобном формате?
В середине 1940-х годов лидеры антигитлеровской коалиции обсуждали судьбу территорий и основы послевоенного устройства мира в узком кругу. Но мировое сообщество середины 2020-х годов гораздо сложнее, не меньше, чем трехмерное: центров силы и участников, чьи интересы необходимо учитывать, стало больше.
Хотим мы этого или нет, но теперь всем, в том числе странам, являющимся постоянными членами Совета Безопасности ООН, придётся учитывать, что ключевые международные решения не всегда будут опираться на всеобщее согласие. При этом предусмотренные Уставом ООН процедуры должны соблюдаться. Возможно, уже пришло время, когда известное право "вето" одного из т. н. новых постоянных членов СБ ООН могло бы быть преодолено единогласным голосованием остальных членов данного органа.
В случае расширения Совета Безопасности одной из тем реформы могло бы стать преодоление вето будущих постоянных членов единогласным голосованием остальных участников этого органа. Действующие правила такого механизма не предусматривают: для его введения потребовалось бы изменение Устава ООН.
Всеми указанными и многими другими вопросами, как нам кажется, должны заняться профессиональные дипломаты из стран, готовых предлагать нестандартные решения. Это также не исключает необходимости реформирования всей структуры международной организации.
Ведь за прошедшие десятилетия в мире многое изменилось. Менялась и сама ООН: например, в 1965 году число членов Совета Безопасности увеличилось с 11 до 15. Однако основы его устройства – система постоянного членства и право вето – сохраняются со времени создания организации в 1945 году.