Дебаты, прошедшие на канале Динары Сатжан между лидером партии Respublica Айдарбеком Ходжаназаровым и председателем Демократической партии "Ак жол" Данией Еспаевой, вышли далеко за рамки рядовой предвыборной дискуссии. По факту была продемонстрирована борьба между агрессивным политическим маркетингом и идеологически взвешенным институциональным прагматизмом. Cronos.Asia решил разобрать подробности дебатов.
Следует признать: с точки зрения телевизионной картинки 43-летний Айдарбек Ходжаназаров смотрелся несколько предпочтительнее. Он был энергичнее, быстрее переходил в атаку и явно лучше чувствовал себя в формате политического спарринга.
Но по факту лидер партии Respublica строил свою тактику по классическим лекалам яркого популизма. И сложилось впечатление, что главная цель Ходжаназарова заключалась не в том, чтобы переубедить оппонента языком цифр, а в том, чтобы создать эффектный визуальный и эмоциональный образ.
В отличие от него Дания Еспаева, которая старше "республиканца" на 22 года, демонстрировала спокойствие и осторожность в своих высказываниях, опираясь на конкретные законодательные инициативы и парламентский опыт.
Стандартный приём
В этой разнице в подходах и есть самое интересное. Ведь именно эти различия и демонстрируют, что в реальности заложено в программах каждой из партий, лидеры которых 10 августа дебатировали в прямом эфире на канале Динары Сатжан. Так вот, если убрать телевизионную упаковку и разобрать эмоциональные аргументы лидера партии Respublica по полочкам, его видимое преимущество мгновенно улетучивается.
Значительная часть тезисов Ходжаназарова, которые срывали аплодисменты его сторонников в студии, на деле оказывается, мягко говоря, совсем не убедительной.
К примеру, уже с первых минут эфира Ходжаназаров стал обвинять партию "Ак жол"… в популизме. Стандартный, кстати, приём в виде своего рода ярлыка, которым политические партии охотно награждают своих конкурентов. Но это работает, когда есть "железобетонные доказательства". Если же их нет, то такие обвинения выглядят странно. Что и произошло.
Ходжаназаров раскритиковал предложение партии "Ак жол" о снижении ипотечной ставки в зависимости от количества детей. Даже задал резонный вопрос: кто будет финансировать такую инициативу в случае её реализации? Действительно, любое обещание социального характера должно сопровождаться ответами на вопросы и о его стоимости для бюджета, и об источниках финансирования.
Но есть нюанс: в политической дискуссии важно уметь не только задавать правильные вопросы, но и точно передавать содержание предложений оппонентов.
С этим пунктом у атакующего Данию Еспаеву Ходжаназарова вышли явные нелады. То ли сам не разобрался, то ли советники подвели. Ведь предлагаемое партией "Ак жол" снижение процентной ставки по ипотеке таки сильно отличается от предъявленных Ходжаназаровым претензий по поводу списания части ипотечного долга. Даже неудобно как-то вышло, поскольку лидер партии Respublica в результате сам дал повод для критики в свой адрес.
Другое дело, что Дания Еспаева в силу своей интеллигентности топить на месте Ходжаназарова не стала.
Продвигаемся дальше по теме популизма. В ходе дебатов Ходжаназаров периодически делил партии на "новые" и "старые", обещал быстрые изменения, говорил о необходимости персонализации ответственности, эмоционально озвучивал формулы простых решений сложных проблем. Если это не популизм, в котором он обвинил партию "Ак жол", то тогда что?
В реальности это та самая популистская политическая риторика, которая хорошо знакома любому начинающему политологу или политическому обозревателю.
400 поездок – не 400 результатов
Явно к популистским относятся и заявления Ходжаназарова о некой эффективности деятельности партии Respublica. Знаете, в чём она заключается? В сотнях поездок экс-депутатов Мажилиса и партийных деятелей по различным регионам страны. Да, это говорит об их политической активности. Но здесь тоже есть нюансы.
Во-первых, в ходе текущей агитационной кампании, а ранее во время парламентских каникул сотни поездок по регионам совершали и совершают представители других политических партий. То есть Respublica в этом вопросе не является оригинальной.
Во-вторых, 400 поездок по регионам абсолютно не означают получения 400 положительных результатов в решении тех или иных проблем. Не уместно ли при таких обстоятельствах вспомнить любовь лидера партии Respublica к KPI (англ. Key Performance Indicators – ключевые показатели эффективности), о чём Ходжаназаров говорил чуть ли не бесконечно в ходе состоявшихся дебатов? И да, если Айдарбек Асанович предлагает оценивать работу чиновников по её результатам, то почему эффективность партии нужно оценивать по количеству поездок?
Забавно, но в версии Ходжаназарова это выглядит именно так. При этом неважно, были ли по итогам этих поездок приняты какие-либо решения, которые положительно сказались на социально-экономическом положении населения.
"Новые" против "старых"
Отдельным абзацем порассуждаем ещё об одном устойчивом тезисе Ходжаназарова, который он продвигал в ходе дебатов с Данией Еспаевой. Он реально удивил, потому как в воздухе отчаянно запахло "эйджизмом". Речь идёт не только о возрастных политиках, но и о противопоставлении партии Respublica "старым" партиям.
Отчасти логика понятна: новые люди не несут груза старых политических ошибок и теоретически способны быстрее поменять прежнюю систему. Но из этого тезиса трудно сделать вывод, что новая партия по определению лучше старой. Возраст партии однозначно не является политическим качеством. Взять, к примеру, США, к которым Айдарбек Ходжаназаров, судя по всему, относится весьма положительно.
С ума сойти, но доминирующие там Демократическая и Республиканская партии существуют уже очень давно – с XIX века – и при этом продолжают конкурировать, менять программы, лидеров и политические позиции. То есть политическая зрелость определяется не возрастом партии, а её способностью обновляться, адаптироваться и нести ответственность за собственную историю. Будем задавать ныне модный вопрос: что скажешь, Илон Маск?
К тому же и сама Respublica уже не совсем "новая партия". Она получила парламентское представительство по итогам выборов 2023 года. Теперь она должна отвечать не только за то, что обещает, но и за то, что уже сделала.
Спорный критерий
Явно уязвимым пунктом риторики Ходжаназарова во время дебатов стало продвигаемое им противопоставление предпринимателей и наёмных сотрудников. Приблизительная логика такова: бизнесмен рискует собственными ресурсами и потому лучше понимает экономику, чем человек, всю жизнь работавший по найму. Весьма грубое упрощение, надо сказать.
Собственник бизнеса, основатель или совладелец компании, наёмный исполнительный директор, кризис-менеджер и профессиональный финансист по факту всего лишь имеют разные профессиональные статусы. Опыт каждого из них может быть очень ценным.
Смешивать же все эти статусы, объединяя их в одну категорию "предприниматель-бизнесмен", однозначно некорректно.
Более того, при применении этого продвигаемого Ходжаназаровым критерия к кандидатам в депутаты Курултая от самой партии Respublica возникают ну очень неудобные вопросы.
Взять, к примеру, биографию бывшего депутата Мажилиса VIII созыва Екатерины Смоляковой, которая представляла партию на первых дебатах в эфире телеканала Qazaqstan. У неё явно просматривается карьера в сфере образования: преподаватель, сотрудник издательства, руководитель университетского карьерного центра, проректор КБТУ.
Опыта создания собственной коммерческой компании в её биографии как-то не наблюдается. Но это совершенно не делает Смолякову плохим политиком. То есть утверждение Ходжаназарова, что "предприниматель лучше понимает экономику", смотрится явно некомпетентно.
Вдребезги разлетается этот тезис и при изучении биографии его автора. А она довольно любопытна, поскольку не укладывается в созданный самим Ходжаназаровым образ предпринимателя, который создал бизнес с нуля. Всё намного сложнее. В ней есть банковский сектор, включая работу в БТА, корпоративное управление, "КазАгро", СПК "Астана", кризис-менеджмент крупного аграрного бизнеса. Последний пункт весьма любопытен с точки зрения "создания бизнеса с нуля".
В 2017 году Айдарбек Ходжаназаров пришёл в очень проблемный "Иволга-Холдинг" заниматься его оздоровлением. Позднее на базе активов этой многоотраслевой агропромышленной группы компаний в результате реструктуризации появилось ТОО "Олжа Агро", в котором Айдарбек Асанович "за успешное спасение и реанимацию гигантского актива" стал одним из бенефициаров. А в 2023 году он уже ушёл с поста генерального директора этого товарищества в большую политику.
Да, у Айдарбека Ходжаназарова имеется серьёзный управленческий опыт. Отрицать его бессмысленно. Но всё-таки кризис-менеджер крупного бизнеса далеко не обязательно является предпринимателем в классическом понимании этого слова.
По факту кризис-менеджер управляет уже существующим активом и решает задачу его спасения или реструктуризации. Предприниматель создаёт бизнес, привлекает капитал, принимает на себя риск и отвечает за результат собственным капиталом. Да, эти виды деятельности часто пересекаются, но они совсем не идентичны. Когда предпринимательство превращается из экономического понятия в политический бренд, это выглядит очень и очень странно.
"Чем больше Кунанбаевых?"
Кстати, в контексте этого продвигаемого Ходжаназаровым тезиса и прозвучали его слова об Абае, которые вызвали бурную реакцию в казахскоязычном сегменте социальных сетей. На следующий день после дебатов лидер партии Respublica попытался оправдаться, но, как говорится, "слово – не воробей". Надо было думать, прежде чем говорить. Для политика, коим является Ходжаназаров, это очень серьёзный просчёт. Так что же сказал во время дебатов Айдарбек Ходжаназаров?
Цитируем: "Абайды Абай қылған – Құнанбайдың малы. Егер де Құнанбайдың малы болмаса, Абай Абай болмайтын еді. Себебі Абайдың уақыты болмайтын еді, мал бағатын еді. Сондықтан да біздің партия – Құнанбайлардың саны көп болсын деп, Құнанбайларды қолдайтын партия. Құнанбайлар неғұрлым көп болса, соғұрлым біздің елімізде Абайлардың саны көп болады".
На русский язык в смягчённом варианте это переводится так: "Абая Абаем сделал скот Кунанбая. Если бы не скот Кунанбая, Абай не стал бы Абаем. Потому что у Абая не было бы времени, он бы пас скот! Именно поэтому наша партия – это партия, которая поддерживает Кунанбаевых, чтобы Кунанбаевых было много. Чем больше будет Кунанбаевых, тем больше в нашей стране будет Абаев".
Кстати, обращает на себя внимание, что Дания Еспаева мгновенно отреагировала на заявление Ходжаназарова словами: "Бұл – күпірлік!" ("Это – кощунство!"). И вот почему.
Даже при особом желании мысль Ходжаназарова защитить достаточно сложно. Материальная обеспеченность действительно создавала великому Абаю возможности для самообразования, литературной работы, переводов и общественной деятельности. Богатство семьи давало ему свободное время и доступ к знаниям. Проблема только в том, что лидер партии Respublica умудрился вывести из конкретного исторического обстоятельства универсальную социальную формулу. При этом он абсолютно не учёл, что богатство Кунанбая создало условия, но не самого Абая. Для понимания: у Кунанбая было семеро сыновей.
К тому же иначе пришлось бы признать, что увеличение количества богатых семей автоматически увеличивает количество великих поэтов, мыслителей и общественных деятелей. На деле же озвученная Ходжаназаровым философия "богатые предприниматели создают экономический ресурс, который открывает возможности для раскрытия человеческого потенциала и появления великих людей" однозначно не работает.
В конце концов, что тогда делать тем детям, у которых нет богатых родителей? Не кажется ли, что задача государства как раз и состоит в том, чтобы отсутствие богатого папы не становилось препятствием для появления гениев?
И, кстати, это уже спор не о ставках по кредитам или количестве субсидий. Это уже спор о модели общества, где проходит важнейшая граница между экономическим либерализмом и социальной политикой.
Тем самым слова Ходжаназарова об Абае интересны не только как повод для возмущения в социальных сетях, но и потому, что позволяют увидеть идеологическую основу его политической риторики, справедливости в которой как-то и не видно. Пора бы ему уже понять, что граждане Казахстана – не сотрудники корпорации, а государство – не коммерческая организация.
Убегающие мысли
Безусловно, было бы несправедливо сводить выступление Ходжаназарова исключительно к его риторике. Были у него и сильные аргументы. Но они не были обращены к партии "Ак жол", а скорее поддерживали позицию оппонентов. Среди них – критика бесконечного субсидирования отраслей, необходимость создания условий для конкурентоспособности отечественного бизнеса, требование начать оценивать чиновников по конкретным результатам их деятельности. Всё это можно назвать содержательной экономической повесткой.
Впрочем, он и здесь умудрился создать проблему: из правильных исходных мыслей стал пытаться делать слишком широкие выводы. Так произошло, в частности, с использованием зарубежных примеров.
Его обращение к американскому опыту банкротства на примере истории Дональда Трампа может быть полезной иллюстрацией того, что банкротство не всегда означает конец предпринимательской карьеры. Но американский институт банкротства нельзя механически переносить на казахстанские условия. Из той же серии – упоминание опыта Макрона до того, как он стал президентом Франции.
"Его партии было один год. И тут я вам скажу: мы не новички, мы не неопытные, мы свежие, свежий взгляд, абсолютно новый", – заметил Ходжаназаров. Правда, для чего здесь понадобился пример Макрона, осталось не совсем ясно.
Довольно интересной, как выяснилось, стала и реакция партии Respublica на разошедшееся в виде мема изображение Слона и Моськи на заборе одного из предприятий в Экибастузе. Появилось оно после того, как в партии Respublica обозвали символ партии "Ак жол" не конём, а пони. И, как оказалось, это изображение показалось "республиканцам" настолько оскорбительным, что они поспешили снарядить бригаду, дабы его закрасить. Вот только интернет помнит всё.
Почему дела важнее слов
Теперь о Дание Еспаевой. Да, в телевизионном плане она несколько проигрывала отчаянно жестикулирующему и эмоциональному Айдарбеку Ходжаназарову. Но в то же время было хорошо заметно её неоспоримое преимущество. Это и отличное знание законодательства страны, и знание истории законодательных инициатив партии "Ак жол".
Дания Еспаева легко и непринуждённо говорила о рассматривавшихся в прошлом законопроектах, о регулировании деятельности банковского сектора, о защите должников и об особенностях продвижения законов Казахстана.
Как раз Еспаева и дала понять, что законодательная работа – это не только статистика результатов. И в этом она права: иногда принятие одного закона может изменить ситуацию в стране сильнее, чем десятки публичных заявлений. И партия "Ак жол" в прежнем Парламенте показала свою эффективность в этом направлении.
Взять, к примеру, Предпринимательский кодекс или поправки в Налоговый кодекс, за которые партия "Ак жол" отчаянно билась. Дания Еспаева напомнила, что именно благодаря партии "Ак жол" представители бизнеса законодательно защищены принятым ещё в 2015 году Предпринимательским кодексом.
Вспоминая же обсуждение нового Налогового кодекса, против принятия которого партия "Ак жол" проголосовала, а защитники предпринимателей из партии Respublica – за, Еспаева рассказала, что два дня занималась расчётами.
Цель – попытка доказать правительству, что при пороге постановки на регистрационный учёт по НДС в 40 млн тенге бюджет не понесёт тех потерь доходов, которыми обосновывалась позиция правительства.
То есть перед нами во время дебатов был показан принципиально другой тип политической аргументации: не "мы знаем, как будет лучше", а "вот расчёт, на основании которого мы считаем иначе". Это обстоятельство и надо держать в уме на выборах депутатов Курултая, которые состоятся уже 23 августа.
*****************************************************
Оплачено из средств избирательного фонда партии "Ак Жол"