О сложностях, с которыми может столкнуться каждая страна ЦА-региона по дороге к самодостаточной экономике, Cronos.Asia писал неоднократно. О том, что времени на раскачку не осталось – тоже. Потому что прибыль хозяевам мировых денег проект "глобализация" еще какое-то время приносить будет. Но обстоятельства уже вынуждают государства возвращаться к фрагментации рынков.
Деглобализация: как это делается
Совсем недавно – 21 июля – президент США Дональд Трамп обязал своего министра торговли подготовить стимулирующую программу для тех, кто инвестирует в строительство, расширение или модернизацию алюминиевых плавильных заводов на американской территории.
Еще раньше – в апреле прошлого года Трамп объявил в Штатах чрезвычайное положение и поставил три задачи:
- восстановить экономический суверенитет США;
- вернуть производство в страну;
- защитить рабочие места.
Для этого Трамп ввел тарифы на импорт товаров из большинства стран мира. При этом, на продукцию китайского происхождения пошлины были установлены в размере 145%, для товаров Казахстана – 25%, а Узбекистана – 10%. Правда, в феврале этого года Верховный Суд США признал эти тарифы незаконными, и их сбор приостановили. Но американского президента это не остановило: недавно он обложил новыми тарифами 99,4% импорта в США.
Американский президент Трамп тут не сделал ничего сверхъестественного. Он всего лишь продолжил то, что началось еще при первом президентском сроке Барака Обамы. Когда тот, став президентом, узнал новость, что с 1970 по 2009 год доля добавленной стоимости, к примеру, обрабатывающей промышленности в ВВП США снизилась с 24,4% до 12%.
Тут все логично, если судить с точки зрения реальной экономики: пока глобализация растет, ты идешь туда, где есть дешевые энергия и рабочая сила. Это позволяет за меньшие деньги получить огромные внешние рынки. Но если где-то эта система забуксует, то все, что ты называл преимуществом, будет называться угрозой. Потому что в каком-то месте тебе могут отключить электричество, либо оставить без главного ресурса – каким бы он ни был.
Чтобы такого впредь не повторялось, нужно то, что на языке экономистов называется решорингом – возвращением производства на родину. Этим в разных масштабах в Штатах занимаются с 2009 года. Рассказывая остальным странам о преимуществах глобализации.
Поэтому очевидно: не нужно слушать то, что говорят американцы – надо смотреть на то, что они делают. Как минимум, для того, чтобы не исчезнуть в системном кризисе, как промышленная единица, скажем так. Образно говоря, если раньше человечество ходило по асфальту: где-то ровному, а в иных местах – не очень, то сейчас мы идем по воде, которая имеет свои глубины, подводные камни и прочее. Но сколько их всего впереди – никто не знает.
Кто успеет на последний поезд?
Ну, а раз зашла речь о ресурсах, то в мире их становится все меньше. И не только потому, что они заканчиваются, а потому что извлекать их стало сложнее и дороже. Причем, не только в денежном, но и физическом смысле. Отдача от ресурсов – ниже, чем затраты на их добычу и доставку.
А раз дорожают ресурсы, то это автоматически ведет к удорожанию товаров. Возьмем Китай, который стал "мастерской мира", символом дешевизны производства и так далее. Но еще 5 лет назад китайские ученые написали, что из общих запасов угля в Китае 53,17% залегают на глубине более 1000 метров, а средняя глубина разработки на государственных угольных шахтах увеличивается со скоростью 10-25 метров в год. Ну, а поскольку доля угольной генерации в Китае составляет 49,7%, нетрудно предположить, что через 10-20 лет китайские товары перестанут быть дешевыми.
Безопасность маршрутов важнее объемов транзита
Есть и еще одна проблема. Вспомним перекрытие Ираном Ормузского пролива, нападения европейцев на российские танкеры, атаки украинских беспилотников на суда с казахстанской нефтью в Черном море и против иранского корабля Anna на Каспии. Все это показало: главное сейчас – не столько рост объемов транзита, сколько безопасность маршрутов доставки грузов. Сейчас никто не может ее обеспечить в полной мере. Поэтому глобальная торговля стала еще более уязвимой, чем раньше, когда все ограничивалось только налетами на суда пиратских шаек.
Поэтому уже сейчас можно сказать, что будущее принадлежит не тому, кто встроен в глобализацию больше всех, а тому кто способен жить без нее. Но для этого необходимы собственные энергия, продовольствие, промышленность, компетенции и наука.
Где сейчас находятся экономики стран ЦА
Если мы посмотрим на то, как обстоят дела в странах Центральной Азии, то в структуре ВВП Казахстана за первые 7 месяцев этого года 57,8% – услуги. Последние составляют 49,8% ВВП Кыргызстана за январь–июль этого года. По итогам 1 полугодия, услуги также составили 50,8% ВВП Узбекистана. Данные по ВВП Таджикистана в I квартале этого года указывают на 51,1% доли услуг. По Туркменистану данных нет – только сказано о росте услуг в 1 полугодии этого года на 8,4%, а промышленности – на 2,7%.
Безусловно, в республиках ЦА-региона растет и промышленность. Но для того, чтобы обеспечить им полную самодостаточность, этого роста пока не хватает. Поэтому в интересах Астаны, Ашхабада, Бишкека, Душанбе и Ташкента – чтобы глобализация продержалась, как можно дольше, а не рухнула в одночасье. Это дает время странам региона выстроить такие экономические модели, которые позволят им сохраниться не только, как геополитические единицы, но и физические территории.