Цифровой детокс для детей становится одной из самых обсуждаемых тем после инициативы ограничить доступ подростков к социальным сетям. Эксперты предупреждают: запреты могут дать обратный эффект и усилить психологические риски. О том, как любые запреты влияют на подростков и можно ли накинуть узду на интернет, Cronos.Asia расспросил кандидата психологических наук, практикующего психолога Татьяну Кравцову.
Министерство культуры и информации РК подготовило проект закона «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Республики Казахстан по вопросам онлайн-платформ и масс-медиа». Проект закона прошёл экспертную оценку и вынесены на общественное обсуждение, сообщает пресс-служба правительства. Под запрет могут попасть TikTok, Instagram и Facebook, соцсеть X, «ВКонтакте». При этом дети до 16 лет смогут пользоваться мессенджерами WhatsApp и Telegram, а также играть в Roblox и Minecraft.
– Татьяна, на ваш взгляд, почему именно сейчас тема ограничения соцсетей для детей стала настолько острой?
– Возможно, это в большей степени социальная проблема и очень много случаев, связанных с мошенничеством, с тем, что контент детей становится общедоступным. И не только наше правительство пошло на такой шаг, во многих странах есть законы, ограничивающие доступ детей к социальным платформам.
– Есть реальные опасения, что дети найдут возможность обойти запреты.
– Совершенно верно. Можно говорить, что любой запрет порождает сопротивление. Возможно, здесь скрываются две проблемы. Первая – насколько правомерно запрещать детям что-либо. Вторая – любой запрет вызывает чувство протеста, ведь мы говорим о подростках. И здесь, наверное, лучше говорить, что ответственность за доступ в интернет, к соцсетям ложится на родителей. Они несут ответственность за то, какой информационный контент потребляет их ребенок.
Дети используют интернет для общения, обучения, развития, наконец, как бегство от какой-то тревоги и, если сейчас его забрать у ребенка, это слишком простой шаг со стороны взрослых. И потом, как это будет контролироваться? Да на платформах будут задаваться стандартные вопросы: тебе есть 16 лет и получат ответ «да». Можно ввести запрос о требовании документов, в ход пойдут документы родителей. С одной стороны мы идем за мировыми трендами, с другой – приняв такой закон, но фактически он не будет работать. Современный ребенок найдет путь обхода запретов.
– Как в принципе можно контролировать «путь» ребенка в соцсетях, с учетом того, что родители работают?
– Не все соцсети несут вред. Хочу заметить, что это инструмент коммуникаций. Если интернет становится способом бегства ребенка и его экранное время становится многочасовым, это уже проблема.
Вполне нормально, если он полтора-два часа в интернете. Если он бежит от семьи туда, решать свои эмоциональные, психологические проблемы, потому что там есть человек, который его выслушает, подскажет, поможет, как ему кажется, это надо ограничивать. Должны стоять ограничители экранного времени, фильтры на потребляемый контент. У родителя, до определенного возраста, должен быть доступ к телефону ребенка.
Родители должны разговаривать с ребенком, должно быть доверительное общение в семье. Порой таких коммуникаций нет. И вот от этого одиночества ребенок уходит в интернет, где можно получить эмоционально-психологическую разрядку.
– Получается проблема не в интернете, а семье? Ребенок рождается и вскоре ему подсовывают телефон, чтобы он сам развлекался, не беспокоя родителей.
– Я бы так сказала, что интернет стал частью нашего быта и люди расслабляются и перестают понимать, что это может нести опасность. Она заключается в потребляемом контенте, который не фильтруется. У ребенка нет сформированного навыка фильтрования информации.
– Насколько нынешние дети зависимы от соцсетей, различных платформ? Если это отобрать, что произойдет?
– Очень зависимы. Несколько лет назад проводился эксперимент: детей оставляли дома с условием не выходить в интернет. Кто-то начинал читать, другие – занялись уборкой, третьи – ложились спать, но у большинства начиналось хаотичное метание, предпринималась попытка покинуть квартиру, чтобы пообщаться. Ребенок не может находиться в одиночестве, поэтому соцсети дают ощущение общности. Правда, они не понимают, что по ту сторону экрана могут сидеть не совсем хорошие люди.
– То есть дав телефон в руки ребенку мы не научили его цифровой гигиене?
– Она начинает формироваться только к 16-17 годам, то есть понимание, анализ, все эти психологические вещи, связанные с самозащитой, формируются не в 5 лет. Это не означает, что об этом не надо говорить. Но родители этого не делают, как впрочем, и государство.
– На государственном уровне получается проще запретить.
– Ну хоть какое-то действие, такая вот попытка защиты. Но это влечет за собой много неприятных последствий.
– А что может быть?
– Прежде всего, они найдут способ это обойти. А поскольку это запрещено, то это порождает больший интерес. Приведу такой пример: когда в прямых эфирах начинают говорить о суицидах, о том, что не надо этого делать, мгновенно прокатывается всплеск самоубийств.
– Почему?
– Потому что это общественное мнение, человек получает психологический импульс, а фильтр у него не стоит. Психика моментально реагирует. Как только что-то запрещается, первое, что делает подросток, пытается это заполучить.
Это характерно именно для подросткового возраста. В отношении подростков нельзя делать две вещи: запрещать и провоцировать. Меня в этом вопросе интересует: кого будут наказывать в случае нарушений принятых правил?
– Полагаю, что родителей.
– Хорошо, ребенок нарушил правила один раз, родителей оштрафовали. Он сделал это второй раз, что тогда родители будут делать?
– Применять физическую силу?
– Совершенно верно, значит ситуация в семье ухудшится, не будет разговора по душам. И еще один аспект – ребенок получает средство запугивания родителей и манипуляции: если вы не пойдете мне навстречу (помочь зарегистрироваться на платформе), я про вас все расскажу. На мой взгляд такие меры вносят эмоциональный раскол в семью.
– Татьяна, если ничего не менять, каким будет поколение, выросшее в TikTok?
– Думаю, у каждого поколения были свои «страшилки» — задолго до TikTok. Тем не менее, люди живут, страна развивается. В целом для общества – это не катастрофа. Если говорить о конкретном человек, сидящем в TikTok и привыкшего общаться только в интернете, это будет проблема в плане выстраивания коммуникаций, личных отношений и трудности с живым общением.
– Завершая разговор, хотелось бы спросить: на ваш взгляд нужен такой закон, возможно, более проработанный или не стоит ничего запрещать?
– Я бы предложила идею уровневого воздействия. Допустим, до 12 лет регистрация в сетях может быть с разрешения родителей под их ответственность. После 12 ребенок может самостоятельно двигаться с определенными ограничениями, но родители должны научить детей правильно пользоваться этими возможностями. Папа привел вечером и смотрит рилсы, это воспринимается, как социальная норма. У ребенка вопрос – почему ему нельзя, если папе можно. Это и есть задача родителей, а не государства, объяснить эту разницу.