В прошлом году в СМИ Казахстана огромный резонанс вызвала информация о существовании черного рынка суррогатного материнства в Казахстане. Женщин держали в закрытых медицинских учреждениях, а судьба рожденных детей оставалась неизвестной. Мажилис во втором чтении 3 июня внес поправки в законодательство, которые огранивают суррогатное материнство только семьями из Казахстана. Cronos.Asia поговорил с юристами Альбиной и Азаматом Беккуловыми, которые первыми рассказали о существовании черного рынка суррогатного материнства. О том, что происходит с пострадавшими сейчас – только на Cronos.Asia.
– Альбина, Азамат, 3 июня Мажилис во втором чтении принял поправки, ограничивающие суррогатное материнство только семьями из Казахстана. На ваш взгляд, эти поправки повлияют на процветающий бизнес суррогатного материнства в нашей стране? Стало ли меньше рекламных публикаций по этой теме в социальных сетях?
Альбина Беккулова: – Безусловно, данные поправки будут влиять, прежде всего, в направлении защиты прав женщин и детей. Казахстан долгое время являлся, так скажем, удобным объектом для репродуктивного туризма. К услугам суррогатных матерей обращались не только наши граждане, но и иностранные лица, которые специально для этого прилетали в страну. В этом смысле поправки сыграют свою положительную роль.
Но мы не исключаем и другую сторону медали. Там, где есть большие деньги и высокий доход, люди будут искать лазейки. Те, кто сегодня выступает посредниками в этом бизнесе – а это большой и очень прибыльный бизнес, – будут создавать условия, при которых может начать процветать уголовное правонарушение. Принять поправки – это одно, а как они будут работать на практике – совсем другое дело.
У нас в Казахстане есть Кодекс о браке и семье, где затрагивается тема суррогатного материнства. Но на практике норма исполняется не в полной мере. Оказывается, есть посредники, отдельные лица, иногда действующие группой, которые обходят закон и становятся обладателями этого бизнеса. Поэтому помимо поправок государству нужно строить механизм защиты и отслеживания. Чтобы норма закона не просто существовала, а правильно применялась.
Азамат Беккулов: – Хотел бы добавить. Рынок может перейти в серую зону. Это и закрытые телеграм-чаты, и личные сообщения. В открытом поле объявлений станет меньше, согласен, но не исключено появление серых схем. Поэтому необходим четкий правовой механизм, учет и контроль. По Кодексу о браке и семье обязательно должен быть нотариально заверенный договор о суррогатном материнстве. Но нотариус его заверяет и, как правило, просто сдает в архив. Нигде не отчитываясь. Ведь кто-то исполняет эти договоры надлежащим образом, а есть и такие, кто этого не делает. Нет системы отслеживания. Я считаю, должен быть орган, который регистрировал бы такие договоры и контролировал их исполнение. Тогда все стороны будут находиться под защитой.
– Вы сказали, что бизнес может уйти в серую зону. Насколько, по вашему мнению, вероятно, что женщин начнут вывозить за рубеж – в Лаос, Камбоджу, Украину? Такая версия ведь достаточно популярна. Насколько она реальна?
Азамат Беккулов: – На практике такие факты действительно имеются. Но здесь есть нюанс. У каждого нашего гражданина есть конституционное право на передвижение. Мы не можем запретить человеку выезжать за пределы Казахстана, не можем отслеживать, с какой целью он выезжает. Поэтому здесь должна работать прежде всего просветительская программа по повышению правовой культуры. Чтобы женщины понимали свои права, обязанности и юридические последствия таких действий.
Если женщина незаконно выезжает за рубеж, где проводится искусственное оплодотворение и перенос эмбриона без договора, она должна понимать – завтра она рискует остаться без денег. Ее могут просто обмануть. При этом передать ребенка заказчикам она не вправе, потому что это попадает под признаки уголовно наказуемого деяния – торговли несовершеннолетними.
Эта проблема существует уже сегодня, даже при действующем разрешении для иностранцев. А если мы запретим иностранным гражданам обращаться к нашим суррогатным матерям, риск будет существовать и дальше. Возможно, даже возрастет. В обход закона многие будут пытаться строить на этом бизнес. В нашем деле уже был факт, когда женщин возили в Камбоджу и в Пекин для переноса эмбриона. Поэтому мало принимать поправки – надо усиливать механизм регулирования, защиты и контроля.
– Поправки во многом были приняты под влиянием ваших историй, опубликованных в СМИ. А как сложилась судьба ваших клиенток и что известно о судьбе детей?
Альбина Беккулова: – На сегодняшний день в Департаменте полиции Алматы ведется досудебное расследование. Когда речь идет о такой схеме, говорить о конкретных сроках тяжело. Требуется большой объем следственных мероприятий, в которых мы участвуем. Это допросы, экспертизы, установление биородителей и заказчиков. По некоторым эпизодам до сих пор неизвестно, кто заказчики и биородители.
Мы знаем одно точно – это был большой бизнес, где зарабатывали огромные деньги. Миллионы и даже миллиарды. При этом суррогатные матери получали копейки – по 200-300 тысяч тенге, а кому повезло, максимум 5-6 миллионов за услугу. Это был теневой, черный рынок. Мы не знаем, куда хотели увезти детей и что собирались с ними сделать. Но по нашим эпизодам мы успели спасти детей. Сейчас они под защитой закона и государства.
Благодаря общественному резонансу мы смогли достучаться до государства и до народа. Женщины, которые к нам обратились, сейчас под защитой. Дети находятся в специальных домах в нашей стране. Удалось, наконец-то, поднять тему суррогатного материнства и показать пробелы в законодательстве. На самом деле, это не только вопрос защиты прав женщин и детей, но и национальной безопасности.
– Вы говорите, что идет расследование. Может, есть уже какие-то данные об общей сумме, которую заработали на этих женщинах?
Альбина Беккулова: – Как только будет вынесен приговор и соответствующий судебный акт вступит в законную силу, тогда можно будет открыто рассказывать о том, что произошло. Пока говорить о полученных суммах и раскрывать лица подозреваемых рано. Закон не позволяет.
Азамат Беккулов: – На самом деле на рынке суррогатного материнства нет прозрачного прайса. Если говорить об официальных агентствах в Казахстане, то гонорар суррогатной матери составляет в среднем от 5 до 10 миллионов тенге. Но когда речь о черном рынке, где все делалось в обход закона, то там, как правильно отметила Альбина, фигурируют многомиллионные и многомиллиардные суммы,
– Первые публикации об особенностях суррогатного материнства вызвали широкий резонанс. Обращались ли к вам за помощью другие пострадавшие женщины?
Альбина Беккулова: – Да, после публикаций к нам обратились женщины, которые являлись и до сих пор являются суррогатными матерями. Часть из них жаловалась на то, что им не платили гонорары, обманывали, недоплачивали. Другие говорили о психологическом давлении. Если возвращаться к нашему делу – суррогатные матери фактически жили в закрытых учреждениях, за ними следили 24 на 7.
По стандартным условиям суррогатного материнства, помимо основного гонорара, женщине должны ежемесячно оплачивать жилье, продукты, во время беременности обеспечивать лечение, витамины, лекарства. В нашем случае все происходило иначе и противозаконно. Женщины вставали на учет, будто вынашивают своих родных детей, а не детей заказчиков, лекарства покупали за свой счет. Оказалось, с этим столкнулись не только наши клиентки – подобное происходило и в других местах. То есть, это не единичный факт, а массовое явление.
Азамат Беккулов: – Добавлю, нельзя исключать человеческий фактор страха. Многие находятся под давлением, угрозами. Мы призываем всех, кто участвовал в таких схемах, не бояться и обращаться в соответствующие органы и к нам – за защитой своих прав. Их действия сейчас могут привести к негативным юридическим последствиям.
Я также не исключаю огромный масштаб и количество жертв такой схемы – не только в нашей стране, но и во всем СНГ. Поэтому вопрос, скорее всего, необходимо поднимать как минимум на межгосударственный уровень – СНГ и ЕАЭС. Системы законодательства у нас похожи, а значит, похожи и лазейки. Главный вопрос, который у нас остается, – кто стоит за этими заказчиками, почему детей вывозят нелегально и каким образом они пересекают границу. Одной поправки о запрете для иностранцев здесь недостаточно – нужен механизм, который будет реально регулировать и защищать.
Альбина Беккулова: – На самом деле, у нас очень много вопросов по черному рынку суррогатного материнства. Какие влиятельные люди за всем этим стоят? Почему все это почти открыто работает – реклама, фактически незарегистрированные медицинские центры? Каким образом умудряются нелегально вывозить женщин и детей за пределы страны, минуя таможенный и пограничный контроль? По нашим данным это происходит до сих пор. Где государственный контроль? Мы выяснили, что чаще всего суррогатными матерями черного рынка становятся женщины, которые не знают ни своих прав, ни обязанностей.
– Действительно, это не может не вызывать тревогу. Разве в законодательстве страны нет четко прописанных защитных механизмов?
Азамат Беккулов: – Наше действующее законодательство, в частности Кодекс о браке (супружестве) и семье, преследует благородную цель – те супруги, которые по различным причинам не могут сами иметь детей, имеют возможность нанять суррогатную мать. Это должна быть состоящая в браке гражданка Казахстана в возрасте от 20 до 35 лет, уже имеющая минимум одного собственного ребенка. Для казахстанцев это правило обязательное. Но и иностранных граждан никто толком не проверяет. Являются ли они, например, законными супругами? Есть ведь такие иностранцы, которые заказывают сразу несколько детей от разных суррогатных матерей. У них точно благородная цель? Или речь идет о каком-то криминале?
Альбина Беккулова: – Нам известны случаи, когда иностранцы предлагали потенциальным суррогатным матерям заключить фиктивный брак. Открыто говорили, давай съездим к нотариусу, не переживай, ничего не будет. Я в графе буду значиться, как отец, а ты – мать. Я тогда могу перевезти ребенка в Китай или куда угодно. Гонорар свой получишь. Есть такие женщины, которые соглашаются, поскольку хотят заработать. Но вопрос, как это возможно сделать без участия представителей госорганов? Речь же не о магазине, куда можно сходить и купить некий товар. Поэтому очень надеемся, что депутаты Парламента смогут учесть, в том числе и наши замечания, и новые поправки к законодательству наведут хоть какой-то порядок в этой сфере,
– Благодарю за беседу! Будем надеяться, что так и произойдет.