Директор-распорядитель Международного валютного фонда (МВФ) Кристалина Георгиева заявила в Сингапуре: скоро мировой государственный долг превысит 100 процентов мирового ВВП. О том, кому должен мир, – в материале Cronos.Asia.
Кого долги портят больше?
Ответ на этот вопрос, если верить Георгиевой, один: развитые страны. Она заявила: "Наибольшую проблему представляют развитые страны, которые имеют одни из самых высоких показателей валовой долговой нагрузки". По её словам, отношение долга к ВВП, как правило, ниже в государствах с формирующейся рыночной экономикой. В странах с низким уровнем дохода оно ещё ниже, несмотря на то, что уровень дохода там тоже низок, сообщила глава МВФ.
Самый большой госдолг в мире – у США: на август этого года Штаты должны в абсолютных цифрах $40,18 трлн. Однако если считать отношение долга к валовому внутреннему продукту, о котором упомянула Георгиева, то лидирует здесь Венесуэла: 309% ВВП. Второе место – у Японии: 249% ВВП на декабрь прошлого года. Третье место занимает Судан: 188%. На четвёртом – Сингапур со 171% ВВП. Эритрея – на пятом месте: у неё отношение госдолга к ВВП составило 164%.
США (123%) занимают только десятое место – после Италии, чьё отношение госдолга к ВВП составляет 137%. Такие цифры даёт Всемирный банк. Таким образом, в первой пятёрке две страны – развитые и три – развивающиеся.
Однако у США, например, есть важное преимущество: их доллар пока ещё остаётся главной мировой резервной валютой. Допустим, Казахстан и Кыргызстан решат во взаимной торговле перейти на свои нацвалюты. Звучит неплохо. Но официальный курс казахстанского тенге к кыргызскому сому формируют два показателя:
- средний курс доллара США к сому на внутреннем рынке Кыргызстана;
- курс тенге к доллару, который публикует Казахстанская фондовая биржа (KASE).
То есть без доллара, пока нет иного способа расчёта, не обойтись.
Также надо понимать, что отношение долга к ВВП само по себе не показывает уровень доверия мировых финансовых рынков к Японии, США или Сингапуру. Прежде всего учитываются состояние финансов государства, его кредитный рейтинг, политическая стабильность и доступ к источникам финансирования. Поэтому, если Кабо-Верде (госдолг – 105% ВВП) или Боливия (103%) захотят занять у кого-нибудь денег, у них будет больше проблем, чем у Японии. Хотя там, как мы уже знаем, отношение госдолга к ВВП – намного выше.
В Центральной Азии самое высокое отношение госдолга к ВВП – у Узбекистана: 35%. Потом следует Таджикистан – 28,4%. У Кыргызстана и Казахстана – 26% и 24,6% соответственно. Самое низкое отношение долга к ВВП в ЦА – у Туркменистана: 4,6%.
Про то, кому все должны
В вышеупомянутом заявлении директор-распорядитель МВФ Георгиева раскритиковала отсутствие "решительных действий" в развитых государствах с высоким долгом. Какими именно должны быть эти действия, она не сказала. Зато призвала правительства развитых стран срочно сокращать бюджетные дефициты.
Разумеется, возникает вопрос: кому должны все государства мира? В основном, как выясняется, самим себе. В развитых странах – тех же США, Японии и "тяжеловесах" Европейского союза – примерно 70% долгов принадлежит их же гражданам – через банки, а также пенсионные и страховые фонды. Всё происходит по одной схеме:
- правительство выпускает облигации;
- банки покупают их на средства вкладчиков;
- проценты возвращаются в экономику;
- затем всё это повторяется.
В странах Центральной Азии – своя атмосфера. Совокупный государственный долг Казахстана на середину этого года – примерно $79,24 млрд. Из них около $56,8 млрд – внутренний долг, согласно данным Бюро нацстатистики РК. На конец июля этого года долг Кыргызстана приблизился к $10,2 млрд. Из этих денег примерно $4,96 млрд – внутренний долг. Всё остальное – внешние заимствования.
У Таджикистана на 1 июня этого года общий госдолг составлял $3,4 млрд, из которых внутренние займы – $490,4 млн. В Узбекистане при общем объёме госдолга в $48,31 млрд на внутренние заимствования приходится всего $7,6 млрд. В Туркменистане при госдолге примерно в $3,5 млрд внутреннего долга нет вообще, если верить главе Минэкономфина республики Мамметгулы Астанагулову.
Другая часть мировых займов – внешние и взаимные долги. Первые обывателю известны больше, чем вторые. Последние возникают, когда Китай покупает облигации США, Европа – американские и китайские, а Штаты и Япония – европейские. По сути, кредиторы и должники меняются местами.
Таким образом, получается, что мировой долг – это не проблема для мировой экономики, что бы ни говорила г-жа Георгиева, а её локомотив. Если государства мира перестанут одалживать друг другу деньги, деньги перестанут поступать в их экономики, что чревато коллапсом.
В одном Георгиева права: при зашкаливании госдолга за 100% ВВП большая часть бюджета уходит на то, чтобы платить проценты. При этом образование, медицина и инфраструктура начинают испытывать нехватку денег. Их, конечно, можно напечатать в большом количестве. Но это увеличит инфляцию ещё больше. В итоге мир оказался в положении белки в колесе: остановиться – значит переломать все лапы. Потому что альтернативы "долговой карусели" пока нет.