Казахстанские семьи за один год потратили на вузы 319 миллиардов тенге – на 30% больше, чем годом раньше. Грантов при этом стало меньше третий год подряд, а заявлений в магистратуру – на пятую часть больше. Страна покупает дипломы всё дороже и всё охотнее, а получает за них всё меньше. Мы оплачиваем вчерашний сигнал по завтрашней цене.
Что на самом деле покупает семья
В 1973 году американский экономист Майкл Спенс опубликовал статью "Job Market Signaling", за которую через 28 лет получил Нобелевскую премию. Его мысль неприятна для любого ректора: работодатель за час собеседования не может проверить, умён ли кандидат и доводит ли дела до конца. Ему нужен внешний знак.
Диплом – идеальный знак: он дорог, долог и требует терпения. Чему именно вас учили, работодателю почти всё равно. Значит, семья, выкладывающая миллионы за четыре года, оплачивает не знания. Она оплачивает сигнал. А у любого сигнала есть закон, который не отменит ни одно министерство: он ценен, пока редок.
Гонка, в которой проигрывают все
Редкостью диплом в Казахстане быть перестал. В вузах учатся 678,1 тысячи студентов – плюс 8,6% за год. Платный приём подскочил на 27,6% – до 130,8 тысячи первокурсников: почти двое из трёх новых студентов теперь платят сами, потому что бакалаврских грантов было около 79 тысяч, а в этом году – 75,4 тысячи.
Сигнал, который есть у всех, перестаёт сигналить, и рынок поднимает планку. Раньше хватало бакалавра – теперь нужен магистр. В этом году в магистратуру подали больше 61 тысячи заявлений против 51 тысячи годом ранее – на 11 тысяч грантов.
Я называю это инфляцией корочки. Тенге теряет вес, когда его печатают без оглядки на экономику. Диплом теряет вес, когда его выдают без оглядки на рынок труда. Девальвацию тенге объявляет Нацбанк, а девальвацию диплома не объявляет никто – её узнают на первом собеседовании.
А цена растёт. Обучение в вузах подорожало на 10,8% за год, и так с 2022-го. Год в Назарбаев Университете стоит около 7 миллионов тенге, в КИМЭП – до 5,9 миллиона. На выходе рейтинг "Атамекена" по 95 тысячам выпускников: стабильную занятость имеют только 68%, медианная зарплата выпускника – 203 тысячи тенге. Каждый третий после четырёх лет и миллионов тенге остаётся без устойчивой работы.
Возражение, которое я слышу постоянно
Мне говорят: человек с высшим образованием получает в среднем 497,5 тысячи тенге против 289,7 тысячи у человека со средним. Какая инфляция?
Это премия прошлого поколения. Она считается по всем работникам, включая тех, кто получил диплом двадцать лет назад, когда он был редкостью. Сегодняшнему абитуриенту показывают ту же цифру, а продают другой товар: корочку, которая есть у каждого второго в очереди на собеседование. Выпускник с медианой в 203 тысячи не получает "плюс 72%". Он получает входной билет, который раньше давал место в зале, а теперь – право постоять у двери.
Германия придумала это первой
Дуальное обучение – немецкое изобретение. Подросток после школы заключает договор с компанией: большую часть недели он работает на реальном производстве под присмотром наставника, остальное время учит теорию в профессиональной школе, и всё это время получает зарплату. На конец 2025 года так учились 1 207 900 человек, а за год было подписано 461 800 новых договоров.
Главная цифра – что происходит после выпуска. В 2024 году немецкие компании оставили у себя 79% своих учеников – исторический рекорд, и даже в кризисном 2025-м этот показатель держится на уровне 75%. Безработица молодёжи в Германии – 6,8% при 14,7% в среднем по Евросоюзу. Работодатель там не гадает по диплому, кого нанять. Он три года видел человека в деле. Именно эту модель потом взяла на вооружение Корея.
Корея уже прошла этот путь – и развернулась
Южная Корея – мировой чемпион по доле молодёжи с высшим образованием, и она первой заплатила по счёту. Ещё в 2017-м почти половина корейской молодёжи без работы и учёбы имела диплом вуза – против 18% в среднем по ОЭСР. В апреле этого года 784 тысячи корейцев 25-29 лет вообще не участвовали в рынке труда.
Самое интересное – что Корея сделала дальше. В 2011 году президент Ли Мён Бак сказал то, что ни один политик в стране дипломов не решался произнести: не всем нужно идти в университет. С 2010 года Сеул строит мастер-школы – профессиональные школы по образцу немецкой дуальной системы, где ученик с первого дня учится вместе с компанией-партнёром. Начинали с 21 школы, сейчас их 65, и ещё шесть – по искусственному интеллекту и полупроводникам – откроются в 2028 году.
Результат бьёт по всей логике "сначала диплом". Работу находят 73,1% выпускников мастер-школ – и только 62,8% выпускников четырёхлетних университетов. Подросток после школы при заводе оказывается востребованнее бакалавра. Параллельно работает государственная система "работа плюс учёба": около 20 тысяч компаний и 160 тысяч обучающихся, а её участники, по данным корейского института профобразования, зарабатывают на 13,3% больше и на 17,6 процентного пункта чаще остаются в своей отрасли.
Корея не отменила университеты. Она отменила монополию университета на будущее ребёнка.
Казахстан стоит на той же развилке
У нас тоже есть всё, чтобы пойти этим путём. Дуальное обучение в колледжах за год выросло до 135 тысяч студентов, в нём участвуют 552 колледжа и больше 18 тысяч предприятий. Цель – половина студентов колледжей в дуальной системе к 2027 году. А к 2035 году экономике понадобится 1,8 миллиона работников рабочих профессий.
Но есть цифра, о которой стоит сказать прямо. Из выпускников-дуальников трудоустроены 71%, а среди всех выпускников колледжей – 81%. Дуальник у нас пока устраивается не лучше обычного студента. Значит, во многих местах дуальное обучение существует на бумаге: договор с предприятием подписан, а студент на производстве – гость, которого никто не собирается нанимать. Депутаты уже прямо называют формальный подход недопустимым.
В Германии дуальное обучение – не галочка в отчёте колледжа, а способ компании вырастить себе сотрудника. У нас оно пока слишком часто остаётся именно галочкой.
Где дуальное обучение выстрелит первым
Я убеждён, что настоящий прорыв случится в IT. Технологическая компания не может ждать четыре года, пока вуз выучит программиста по программе, написанной пять лет назад. Ей нужен человек, который с первого курса пишет код в её проектах, на её стеке, с её наставником. Для колледжа это идеальная модель: студент выходит не с корочкой, а с двумя-тремя годами реального опыта и работодателем, который его уже знает.
Дуальная модель для IT-специальностей – это тот самый сигнал, который нельзя инфлировать. Его нельзя купить. Его можно только заработать в деле.
Сигнал, который ничего не сигналит
Если цена вуза будет расти нынешними темпами, к 2031 году год обучения подорожает ещё примерно в 1,6 раза. Магистратура станет новым бакалавриатом, а бакалавриат – новым аттестатом. Вуз останется необходим там, где без него нельзя по закону, – врачу, инженеру, учёному. Для всех остальных массовый диплом уже не лифт, а лотерея с дорогим билетом.
Двадцать лет назад диплом говорил работодателю: этот человек особенный. Сегодня он говорит: этот человек такой же, как все. Казахстанские семьи платят 319 миллиардов тенге в год за то, чтобы их дети были как все. Корея это уже поняла. Нам осталось решить, учиться на её ошибках или на своих.
Автор: Антон Девятьяров, CEO IT STEP College & STEP School