Для большинства алматинцев любовь к книгам начиналась с «Академкниги» – с того самого запаха бумаги и шелеста страниц, который невозможно спутать ни с чем. Сегодня книжные магазины уходят в прошлое, но сам город – нет. Алматы не теряет свой литературный статус. Он его переизобретает. Как это происходит и почему, мы хотим рассказать – на Cronos.Asia.
Алматы привыкли показывать, как открытку: горы, парки, кофе, мягкий вечерний свет. Но у города есть ещё одна, куда более глубокая биография – книжная. И говорить об Алматы вне литературы – всё равно что рассказывать о человеке, ни разу не заглянув ему в глаза.
Путь Абая
Алматы давно перестал быть просто местом, где живут писатели. Он стал пространством, где формируется сама литература.
Два года назад здесь отмечали 90-летие Союза писателей Казахстана, а сама городская литературная инфраструктура давно сформировалась и включает весомые институции: в Алматы работает Институт литературы и искусства имени Мухтара Ауэзова, а в его составе в 1963 году был открыт литературно-мемориальный музей писателя. То есть город не просто хранит книжные воспоминания – он буквально держит у себя один из ключей к казахстанскому литературному наследию.
Когда речь заходит о больших именах, первым, конечно, стоит назвать Мухтара Ауэзова. Его «Путь Абая» – не роман об Алматы напрямую, но без Алматы этот путь трудно представить. Здесь сохраняется и исследуется наследие писателя, отсюда его тексты продолжали уходить к новым читателям.
В фондах Национальной электронной библиотеки зафиксировано, что авторизованный перевод романа с казахского был издан в Алма-Ате издательством «Жазушы» в 1977 году. Это важная деталь: большая казахская литература не просто существовала рядом с городом – здесь она обретала новые языки и новую аудиторию. Британские переводчики Саймон Холлингсворт и Саймон Гейган работали над английскими переводами произведений Мухтара Ауэзова, Герольда Бельгера и Оралхана Бокеева.
«Хранитель ценностей»
Но Алматы – это не только академическая и «большая» литература. У города есть и другая, более живая, иногда жесткая, но честная сторона.
Если Ауэзов – это масштаб, эпос и национальный хребет литературы, то у самого Алматы есть и другой, более уличный, более «городской» литературный слой. Здесь невозможно обойти Юрия Домбровского и его «Хранителя древностей». Его Алма-Ата вошла в литературную карту страны намертво, как вбитый гвоздь. В Казахстан он попал в ссылку в 1933 году, жил в Алма-Ате, работал в Центральном музее, участвовал в археологических экспедициях – и именно этот опыт лег в ткань его прозы. В «Хранителе древностей» город предстает не декорацией, а пространством судьбы: живым, южным, странным, не похожим ни на один другой.
Алма-Ата неформальная
Если двигаться дальше – в позднесоветское и постсоветское время – появляется ещё один слой. Город без лака. Город дворов, музыки, разговоров до утра и внутренней свободы.
Именно таким его описал Арсен Баянов в «Алма-Ате неформальной». И, что показательно, именно этот взгляд оказался ближе всего к реальности для многих читателей. Потому что у города наконец появился свой неофициальный язык.
Писатель Юрий Серебрянский прямо говорил, что из литературы о 1990-х в памяти едва ли не прежде всего остается именно эта книга. И это показательный штрих: у города, который привыкли описывать либо слишком чинно, либо слишком поверхностно, наконец появился собственный неофициальный словарь – со дворами, кабаками, музыкальной средой, городским фольклором и жизнью без лака и глянца.
Современное прочтение
Сегодня Алматы – это уже не только место, где пишут книги. Это точка, через которую они выходят в мир.
В 2020 году именно здесь презентовали антологии современной казахской прозы и поэзии, переведенные на шесть языков ООН. Тогда речь шла об избранных произведениях 60 казахстанских авторов, которые предполагалось распространять более чем в 90 странах. Это был не просто культурный проект, а попытка встроить казахстанскую литературу в глобальный контекст.
И здесь важно другое: перевод перестал быть технической задачей. Он стал диалогом.
Иностранные переводчики приезжали в Казахстан, встречались с авторами, уточняли смыслы, языковые и культурные нюансы. Потому что литературу невозможно просто «перевести». Её можно только заново прожить на другом языке.
Все в гости к нам
Но движение идёт в обе стороны. Алматы не только «экспортирует» тексты, но и активно привозит мировую литературу в казахский язык.
Этот процесс тоже во многом завязан на Алматы. Здесь работают издательства которые специализируются на переводах мировой литературы на казахский. На первый взгляд это уже другая история, но на деле – все та же: город продолжает быть перевалочным пунктом культуры, местом, где тексты меняют язык, но не теряют дыхания. Алматы в этом смысле похож на большой книжный вокзал: одни истории отсюда уезжают, другие прибывают, третьи задерживаются и оседают надолго.
Перечитывать – очень важно
Пожалуй, самое любопытное сегодня – это то, что Алматы перестает быть только архивом и снова пытается стать мастерской. Каждую весну здесь проходит книжная ярмарка KitapFest. В этом году на KitapFest-2026 более 40 издательств представили свои издания, предоставив посетителям возможность приобрести новые книги. Здесь можно не просто смотреть книги, но и познакомиться с их авторами, писателями.
В 2024 году международный проект Открытой литературной школы Алматы имени Ольги Марковой (ОЛША) и американской программы IWP стал первой в Центральной Азии резиденцией для писателей и дал старт многим литературным проектам.
Проект Almaty Writing Residency проходит на трех языках – английском, казахском и русском – с участием переводчиков. Организаторы открыто говорят не только о желании объединить казахоязычных и русскоязычных авторов, но и о стремлении вывести казахстанскую литературу на международный уровень. Более того, один из создателей проекта Юрий Серебрянский формулировал задачу почти напрямую: хотелось «увековечить» Алматы в литературе. И это уже очень алматинский жест – не просто хранить прошлое, а пытаться вписать город в будущие книги.
В этом и есть главный парадокс Алматы. Город, который многие привыкли считать территорией кафе, пробок, яблонь и вечной ностальгии, на самом деле давно работает как крупный литературный узел. Здесь память не пылится на полке, а спорит, переводится и переиздается. Здесь классика не лежит мертвым грузом, а продолжает разговаривать с современностью. И, может быть, в этом его настоящая сила. Не в том, что он красив. Красивых городов хватает. Алматы не просто размещен на карте. Он пишется, переводится и, что особенно важно, все еще перечитывается.